- О, - Сюн Сяо поспешно кивнул, подивившись глазастости своей коллеги, заметившей характерный признак того, что в доме находится больной.
Больше не став вести досужих разговоров на тему странности исчезновения людей, мы всем скопом отправились на первый осмотр. Как и предполагалось с самого начала, в деревне оказалось очень много заболевших разной формой туберкулезом, и жители оказались в курсе своих не проходящих болячек. Они спокойно впускали нас в свои дома, выслушивали предписания, принимали рецепты, не нервничали при осмотре с помощью магии. Как и говорил глава клана, учитель Бу Фай был частым гостем в их стороне и давно боролся с распространением болезни.
***
- Что будем делать? – Ли Цин отошла от очередного больного, у которого оказалась достаточно заразная форма туберкулеза костей.
- Ты о чем? – Устало сдавила пальцами переносицу. Осмотр продолжался больше трех часов, и я чувствовала, что реально выдохлась. Раньше у меня не было столько пациентов с одинаковым диагнозом, а еще необходимость носить специальную, пропитанную лекарственным отваром маску давала знать. Я крайне тяжело относилась к подобным предосторожностям из-за чрезмерной чувствительности к запахам, а тут постоянный. Он забивал мои носовые каналы, казалось, проникал в мозг, туманя его, и отуплял постоянным напряжением. Даже артефакт, который я, не снимая носила при себе, не помогал, совершенно не справляясь с таким количеством устойчивых запахов.
- О том, когда мы покинем эту деревню и двинемся дальше, - ответила мне Ли Цин, осторожно отнимая руку от переносицы и прикладывая тонкие пальчики к моему лбу. – Иди, передохни. Сюн Сяо справится и без тебя. Пока нет ничего тяжелого, в основном пошли пациенты с туберкулезом костей, внутренних органов.
- Ты права, - осторожно отняла девичью руку от своего лба и благодарно приложила ее руку к щеке, выражая признательность ее своевременной помощью. Ли Цин знала о моей сверхчувствительности к запахам, а потому научилась снимать головную боль, приходящую после такого перенапряжения, и всегда была рада помочь мне и облегчить мое состояние.
Оглянувшись на товарищей, поняла, пора и мне немного передохнуть. Диагностировать мне пока было нечего, мои коллеги справлялись сами, а рецепты выписать мог любой из них. Даже ФуЭр на этот раз был при деле, постепенно разбираясь со своим даром и работая в правильном направлении. Все же наши тренировки не прошли даром, и парню все проще и проще с каждым разом становилось разбираться со своей непростой способностью.
Выйдя на крыльцо очередного домика, на этот раз расположенного у самой стены, окружающей деревню, устало содрала с себя маску и привалившись плечом к столбу террасы, закрыла глаза, наслаждаясь временной передышкой. На улице дышалось в разы легче, нежели в маске, пропитанной лекарским составом. Артефакт, который нацепила едва мы вошли в первый дом, по ходу совершенно перегрелся и не справлялся со своими основными обязанностями, так как место, где он соприкасался с кожей, буквально горело.
- Не пытался снять часть своих побрякушек? – Раздался увещевающий голос Рафола, тоже вышедшего следом за мной. – Решил себя окончательно загнать?
- А?! – Неторопливо приоткрыла один глаз и устало поморщилась. Говорить не хотелось, в горле стояла неприятная оскомина после маски.
- Зачем тебе столько артефактов? – Проявил настойчивость мой сокурсник, присоединяясь к моему отдыху. – Ты же выжат как лимон.
- Они мне помогают не свалиться в обморок, - проговорила хриплым голосом, не имея сил даже отодвинуться подальше от этого настойчивого человека.
- Что с тобой? – У Рафола мгновенно пропало желание ерничать и проявив настоящую тревогу, парень подскочил ко мне вплотную.
- Устал, - просто отмахнулась от его непрошеной настойчивой заботы, настороженно посмотрев на парня, - диагностика выматывает.
- Тогда зачем носишь сдерживающий артефакт? – Рафол отодвинулся от меня подальше, решив, не настолько я плох, раз огрызаюсь.
- Он предназначен не для этого, - снова поморщилась, удивившись тому, насколько быстро определил Рафол направленность моих побрякушек. Нет, о том, что имею не один артефакт, никогда не скрывала, так как подобное скрыть было вообще сложно, как от учителей, так и от настырных студиозусов, решивших озаботиться моим состоянием.