- Если ты о том, что я бастард, то это только необоснованные слухи, - снова безразлично пожала плечами. – Меня не подкидывали, не меняли на более удобного ребенка, не отдавали на усыновление как ненужного.
- Тогда кто ставил на тебя запрет? – Вклинился ФуЭр, тоже показавший, что удивлен не меньше Рафола, а еще то, что совершенно не в курсе моего истинного происхождения. – Я знаю, только несколько случаев, когда ставят подобные запреты и практически все из них ставят в подростковом возрасте, но не в 12. И только один из них…
Да, я и впрямь мало что могла рассказать своим друзьям, а потому старалась и вообще особенно не распространяться о своем не ясном даже для себя самой, происхождении. Они знали только то, что я, И Лян Тан, мальчик 18 лет, родился в захолустье и после проявления магических сил, отправленный семьей в столицу во избежание плачевных последствий.
- Да, я даритель, - спокойно озвучила я то, на чем запнулся ФуЭр, широко раскрытыми глазами глядящий на меня. В них плескался настоящий ужас.
- Даритель?! – Медленно произнес Рафол, тоже проявив положенное услышанному высказыванию, удивление. – Однако твой дар остался при тебе.
- Да, одариваемый утонул за несколько часов до передачи дара, - коротко передернула плечами, показывая, насколько мне параллельно и безразлично то, что я сейчас озвучиваю.
- И ты поспособствовал этому?! – Рафол не преминул ввернуть подобную инсинуацию, хотя и так понятно, что вряд ли я могла провернуть подобную смерть себе во благо.
- Нет, в это время я находился в кабинете для передачи, - глухо ответила я, не глядя на своего доморощенного дознавателя.
- А зачем тебе наложили запрет? – ФуЭр пока не понимал основного, снова вклинившись в разговор. – Одариваемого же, не было в живых.
- Запрет накладывают во всех подобных этому, случаях, чтобы передача дара прошла без эксцессов и проявления излишних эмоций со стороны дарителя, - ответил за меня Рафол, немного мрачным жестким голосом, осторожно постукивая кончиком меча по камню, попавшемуся ему, - странно, что после этого запрет не сняли. Да уж, плохо жить без половины эмоций, хотя его и сейчас не поздно снять.
- Знаю, - безразлично скривилась, - он мне не мешает. Сдерживает, знаешь ли, от излишней жажды убийства.
- Ты обо мне? – Рафол вдруг облегченно выдохнул, словно я сказала что-то, весьма лестное для его высокородного слуха.
- А Ли Цин в курсе?! – ФуЭр снова вмешался в наш довольно приватный разговор, в котором он практически ничего не понимал. А если не понимал, значит и не стоит на этом особенно заморачиваться, хотя явно не в этом случае.
- Да, я показал действие запрета, - медленно кивнула, не став таиться, хотя если честно, так и не сказала всей правды. Нет, мальчик в свое время и впрямь существовал, только дар передавать ему должен был другой человек.
Это произошло как раз во время проявления моего собственного дара, и в то время, обо мне не знали. У младшего сына префекта нашей волости был слабенький дар, который отец решил усилить за счет способностей местного лекаря, решившего уйти на покой и тяготившегося своим неслабым даром. Лекарь собирался оставить себе только крохи, необходимые для лечения местной бедноты и был добровольным донором. Из-за того, что очень долгое время пользовался собственным даром, лекарь мог даже разделить свой дар на части, не собираясь говорить об этом префекту. Однако передачи не случилось. Непоседливому мальчишке втемяшилось, половить с местными ребятишками рыбу в реке, вместо скучного прослушивания лекции о расширении и укреплении получаемого дара. В итоге пришлось вылавливать его самого. Когда утопленника притащили к лекарю, было поздно. Даже передача дара не помогла. К сожалению, наш лекарь не мог возвращать к жизни то, что отобрала природа. Вот если бы на тот момент случился даже самый слабенький упокоитель, мальчишка смог бы выжить, а так…
Мой дар проявился за сутки до этого прискорбного инцидента и лекарь, узнавший о моем даре, чтобы заняться мной после, просто наложил на меня запрет, да так и оставил. А когда пришла пора, ехать на учебу, даже порадовался своему заблаговременному благоразумию, это снимало с меня множество запретов, особенно в свете того, что сейчас я мальчик, а не девочка. В некоторой степени этот запрет запирал часть моей магии, сдерживая ее излишнее проявление и тем самым контролировал мои довольно обширные силы, которыми я и без того слабо управляла.