Да уж. На мгновение остановилась, четко осознав, на что подписалась. Я, которая всеми ногами и руками отбрыкивалась от вмешательства в обряд, вдруг с какого-то перепуга собралась его прервать. И не объяснишь же Ли Цин, что у меня в голове живет настырный дракон, который хочет изжить из моего же тела постороннюю душу, а помочь мне в этом может только ее новоиспеченный супруг. При том, что в зале осталось около десятка упокоителей, могущих решить эту проблему.
И я приперлась в их свадебное гнездышко не с целью прервать их уединение. Да уж, дилемма, ничего не скажешь. В этой ситуации обрадуется только Ли Цин, которая решит, что я одумалась и заявилась ее отбить у супруга. И если даже меня не испепелят на месте, то вряд ли я успею рассказать о посетившей меня проблеме, так как придется снова разочаровывать девушку. и вот теперь уже она будет меня уничтожать. И так не хорошо, и эдак не получается. Короче, вляпалась по самое не могу.
Поэтому, когда неожиданно началось видение, очередное за этот бесконечный вечер, никак не могущий закончиться, практически сразу же после окончания предыдущего, я просто не поняла, когда вступила в чужие воспоминания, и так в последние полгода, постоянно присутствующие в моем мозгу. А недавняя невоздержанная выпивка только поспособствовала этому видению окончательно вырваться наружу. Никогда больше не буду столько пить, иначе видения сломают мне всю психику. Хотя именно душа танцовщицы и ее воспоминания ни разу не попадали в зону моего интереса…
Глава 7 Танцовщица
- Зачем ты это сделала?! – Упокоитель стоял перед крепкой металлической решеткой и с расстроенным видом смотрел на девушку, сидящую на грязноватой соломе в глубине небольшой камеры, рассчитанной на двух или трех человек и освещаемой лишь светом небольшого узкого окошка, расположенного под самым потолком.
Сам мужчина стоял в нешироком каменном коридоре с высокими потолками, освещенном чадящими факелами, а с обеих сторон от него высились мощные решетки, за которыми находились камеры с преступниками. Охрана расположилась где-то на самом выходе из тюрьмы и не мешала свиданиям с заключенными.
- Я не могла иначе, - арестантка, обряженная в простую серую пеньковую широкую рубаху с длинными рукавами и такие же не по размеру штаны, всю заляпанную кровью, медленно подняла голову и с вызовом вздернула разбитый в кровь острый, сейчас потерявший всю красоту, немного оплывший подбородок. На ее красиво очерченных полноватых губах тоже запеклась кровь, на правой скуле синел свежий кровоподтек, спутанные черные волосы были собраны в низкий хвост, - он, - на секунду горло девушки перехватило спазмом, прежде она сумела выдавить хоть слово, бледное личико страдальчески сморщилось, - домогался меня.
- Тогда почему тебя бросили сюда? – В низком голосе упокоителя послышался болезненный стон, он шагнул еще ближе к решетке, разглядывая всю покореженную красоту этой девушки, - что с тобой сделали?!
- Мне просто повезло, - на лице девушки, по-прежнему сохраняющей следы былой красоты, несмотря на многочисленные кровоподтеки и синяки, отразилась настоящая ненависть, она больше не казалась слабой и беззащитной, как минуту назад, когда говорила о домогательствах, ее голос приобрел металлические нотки, - не убить этого… - она снова задохнулась, словно что-то ей мешало свободно говорить.
- Ты не могла подождать меня?! Мы же договорились! - Упокоитель расстроенно перевел дыхание и продолжил, хотя ему не просто было смотреть на то, что сотворили палачи с самой красивой танцовщицей в театре императора. – Я произвел основные платежи, добился того, чтобы император принял меня, даже сумел уговорить его отпустить тебя. Зачем?! Зачем ты это совершила?!
- А ты до сих пор ничего не понял?! – Хриплый голос танцовщицы снова сорвался, снизившись до едва слышного хрипа. На ее красивых больших, обрамленных длинными черными ресницами глазах, появились две крупные слезы.
- Нельзя жить только одной местью, - с горечью проговорил упокоитель, показывая тем самым, что все помнит и знает. Он смотрел на свою возлюбленную с болью и разочарованием из-за того, что не сумел просчитать и доверился ей, посчитав, что девушка, приняв любовь, перестанет думать о своих потаенных желаниях.
- В библиотеку как раз зашел да-цзян, - девушка покривила разбитыми губами, ее лицо вдруг стало отрешенным, далеким, она задумчиво продолжила немного невпопад, - он и не дал совершиться окончательному возмездию. Ни с моей стороны, ни с его...