– Да ладно? Серьезно? – Ахнул Альберт. – Ой, мальчики, как же я могу помочь? Клуб не несет ответственности за вещи посетителей.
– Нам бы по камерам глянуть, что тут и как было. Вдруг сам момент кражи попал? А дальше мы сами. Следственный разберется.
– Из-за телефона? – Пораженно воскликнул Альберт.
– Из-за папы, – прищурился Илья. – Там фоточки разные, ну, ты же понимаешь...
– Оу, – вскинул заламинированные бровки Альберт. – Понимаю. Пойдемте. Только вы мне гарантии предоставьте, что наш клуб никоим образом не будет фигурировать в... ну, вы понимаете...
– Дам я тебе... гарантии... – Сурово пообещал Руденко и отчетливо скрипнул зубами.
– Какой он... жесткий... – Передернул плечиками Альберт.
– Это да, – согласился Илья. – Голой ладонью деревянную доску ошкурить может.
– Что вы говорите? – Окинул заинтересованным взглядом Альберт оперативника, а тот побагровел. – А ошкурить это как?..
– Я вам потом расскажу. Давайте нашим делом займемся?
Они прошли в комнату охраны – небольшой кабинет три на три, где в этот момент никого не было.
– Я вам сам все покажу. Присаживайтесь, – Альберт похлопал по сидению стула рядом с собой, поглядывая на Руденко, но вместо него уселся Илья.
– Вы идите, Альберт, мы тут сами.
В течение часа они с Руденко просматривали записи в клубе на перемотке, пока не увидели Ольгу Кречетову.
– Ты про какого папу ему тут наплел? – Поинтересовался Руденко.
– А, не обращай внимания. Папа на их сленге совсем не папа, но если он главный прокурор, то сам понимаешь. Так, смотри, вот она со своими друзьями. Пьет... пьет... опять пьет... Так, а это что за хмырь рядом с ней нарисовался? Целуются... О, теперь ругаются.
Руденко пригляделся и пожал плечами:
– Хлюпик какой-то.
– Да прям! Очень даже ничего...
– Говоров, ты мне эти шуточки брось! Развели тут, понимаешь...
– Ты, Коля, шовинист и мужененавистник.
Руденко выругался, но кадр на телефон заснял.
– Перемотай-ка, куда они пошли... Ага, ругаются... О, как она его по морде приложила! Так, давай искать кадры с улицы... А, нет, Ольга вернулась. А где этот хлюпик?
– Ушел, наверное.
– Надо Альбертика позвать.
– Зачем? И так ведь все понятно: пьяная баба повздорила, потом надралась и в последний путь отправилась.
Но Илья все же отправился на поиски Альберта и нашел его в обитом бархатом зале за подсчетом спиртного в баре.
– Нам бы еще кое-что у вас узнать, – мило улыбнулся Илья.
– Ну что еще? – Заныл Альберт.
– Записи камер с улицы.
– А это зачем?
– Мы нашли вора и хотим узнать, в какую сторону он ушел, – серьезно ответил Илья.
– Только представьте, какую помощь вы окажете правосудию, когда мы его найдем.
– Представляю, – поскучнел Альберт.
Через пятнадцать минут Илья был уверен в том, что автомобиль Ольги Кречетовой был испорчен специально. Конечно, разглядеть толком, что происходило в салоне, он не смог. Увидел лишь, как мужчина залез внутрь, потом вышел и вернулся в клуб. Ольга танцевала, он подошел к ней и даже обнял ее. Она прильнула к нему, затем повисла на его шее. Все это Илья заснял на телефон, потому что без специального разрешения не мог изъять видеозаписи из клуба.
– Я твой должник, – сказал он на выходе Руденко.
– Ты, главное, меня под монастырь не подведи, а остальное фигня, – усмехнулся тот. – Сам знаешь, мы народ подневольный, следуем букве закона и приказа. Но если что, звони, – подмигнул он.
– Спасибо, Коля!
Они пожали друг другу руки и разошлись. Илья посмотрел вслед отъезжающей машине. Он прекрасно знал, что Коля Руденко обязательно проверит по базам, кто был вместе с Ольгой Кречетовой. Без шума и пыли, и даже без приказа.
Глава 40
Рита
Еще накануне вечером из магазина пришла доставка: детские костюмы из темной ткани, белые рубашки и галстуки. Пакеты с одеждой принес Дмитрий, мне оставалось только погладить вещи и одеть мальчиков. Глядя на своих воспитанников, я не могла избавиться от странного впечатления, будто каким-то невероятным образом попала в фильм «Крестный отец». Слава богу, мне самой не пришлось выряжаться в черное платье и напяливать на нос огромные темные очки. Дети ныли, отказываясь облачаться в непривычные вещи и не понимая, зачем это нужно. Кое-как мы собрались и спустились вниз.
– После прощания вас отвезут домой, – сказал мне Дмитрий.
«И слава богу!» – Подумала я. Не хватало еще тащить детей на кладбище. Там сейчас грязно и вообще, вся эта атмосфера любого введет в депрессию.