– Спасибо, дедуль! – пробормотала я и прижала ладонь к месту под горлом, где висела моя бабочка-амулет.
Вот уже второй день в доме постоянно находились какие-то люди. Они приезжали, уезжали, а вместе с ними Кречетов и Дмитрий. Я наблюдала за этими перемещениями с неизбывной тоской запертого в четырех стенах человека.
Все утро Таисья готовила, и готовила много. Пока мальчики завтракали, я помогала ей чистить овощи. Сначала я подумала было, что это затянувшиеся поминки, но, скорее, это был военный совет, во время которого было выпито столько спиртного, что два мусорных мешка набились довольно быстро.
– Ох, и устала я, – вдруг сказала Таисья, утирая взмокший лоб. Лицо ее было бледным, по вискам струился пот.
– Сядь, отдохни, – предложила я.
Таисья, хоть и молодая женщина, но очень крупная. Я рядом с ней просто Дюймовочка. Да и ем немного. А она постоянно что-то жует, так что немудрено. В кухне душно, несмотря на мощную вытяжку.
– Много тебе еще осталось? – Я оглядела салатники и кастрюли. – Я как-то могу тебе еще помочь?
– Полы бы протереть, – хмыкнула Таисья и, прихватив горстку крекеров из вазочки на столе, отправила их в рот.
– Вот уложу мальчишек, сделаю, – с готовностью согласилась я. – Тай, а женщины той не было сегодня? Которая молоком торгует? – Как бы между прочим спросила я.
– Что-то не было.
– Понятно... Надеюсь, она не заболела, – вздохнула я.
– Тебе какая забота? – Удивилась Таисья.
– Да я так просто спросила. Пожилой человек, все-таки. Кого я здесь вижу? Вот и интересуюсь...
– Дурная ты, Ритка. Глупая.
– Это почему же? – Обомлела я.
– Другая бы на твоем месте сразу к хозяину метнулась, – негромко, но отчетливо сказала Таисья.
Я оглянулась на мальчишек: не слышали ли они. Но им было интереснее складывать буквы из крекеров и хлебных палочек.
– Еще недавно ты говорила, что он меня выгонит, – усмехнулась я.
Таисья поджала губы и фыркнула:
– А ты и не думай, выгонит! Попользуется и ноги вытрет! Ты рядом с Ольгой тля, моль безродная.
– Все, хватит! – Я бросила нож в раковину и подошла к столу. – Макар, Ваня, вы наелись? Пойдемте заниматься!
Меня и так потряхивало, но после слов дорогой Таисьи хотелось просто бросить все, собраться и уйти. И только когда две теплые ладошки легли в мои руки, горло сдавило от жалости. Ну что я за человек-то такой, а?
– Рита! – Остановил меня в холле Кречетов.
В его руках я увидела большой пакет, навроде тех, что дают в дорогих магазинах одежды.
– Завтра в шесть, – сказал он, протягивая его мне.
Я замерла, но потом взяла его, чтобы не устраивать разборок при детях. Обернувшись, увидела, что Таисья наблюдает за нами из кухни.
Мы поднялись к себе. Я заглянула в пакет и даже не удивилась – внутри лежало платье и, в отдельной коробке, туфли. Что ж, Кречетов стоял на своем, а я... В этот миг я решила, что пойду. Да, я пойду, чтобы увидеть все своими глазами, а заодно понять, имеет ли смысл задерживаться в его доме. Я не собиралась давать ему шансов, и более того, хотела дать понять, что подобными предложениями он ничего не добьется. Для простой девчонки из Солоников, выросшей среди вольных морских просторов, все эти платья и туфли не стоят ровным счетом ничего. Мне даже стало смешно, когда я представила, как ему будет стыдно за меня. Ничего, Михаил Айвазович, вам это полезно. А уж за мной дело не станет, я ведь и на каблуках-то толком ходить не умею.
Таисья ушла после трех, а уже буквально через полчаса я совершенно случайно заметила в окно местную молочницу. Она стояла со своей тележкой напротив ворот и будто не решалась позвонить в калитку. На ее месте я бы тоже не решилась, перед домом стояли несколько машин, а возле них прогуливались охранники-мордовороты.
Я спустилась и подбежала к входным дверям. Даже не стала одеваться, чтобы не потерять время.
– Куда? – Спросил меня Дмитрий, когда я решительным шагом направилась к калитке.
– Там продукты привезли, я хотела...
Должно быть, выглядела я в этот момент странно. Щеки раскраснелись, пальцы подрагивали. Сама не ожидала, что меня так взволнует появление Василисы Семеновны. Что-то подсказывало мне, что не просто так она стоит там, поглядывая на окна. В другой день я бы так и подумала, но точно не сейчас.
Калитка открылась. Я помахала, подзывая женщину к себе, и только тут вспомнила, что не взяла кошелек. Вот как теперь выкрутиться?