Дима появился минут через пятнадцать. Марина слышала его шаги, когда он по ступенькам поднимался, слышала, как он свет в коридоре выключал, а потом дверная ручка повернулась, и Марина тут же зажмурилась, притворяясь спящей. Лежала на самом краешке кровати, ладонь под щёку подложила, и на появление в комнате Дмитрия никак не отреагировала. Даже дыхание затаила, почему-то боясь с ним заговорить или просто посмотреть на него.
— Марина. — Дима в постель лёг, одеялом укрылся, а сам к Марине придвинулся. Носом уткнулся в её волосы.
Марина зажмурилась сильнее, пообещала себе, что как бы он не подлизывался, она реагировать не станет.
— Мариш, ты злишься на меня? — Он говорил, прижавшись щекой к её щеке, и Марина чувствовала запах коньяка, исходивший от него. Не стерпела и осторожно пошевелилась, а получилось так, словно специально к Димке теснее прижалась.
— Нет, — шепнула она, не открывая глаз.
— Нет?
— Нет.
Гранович прижался губами к её плечу.
— Вот и хорошо.
Он её целовал, губы неторопливо прошлись по плечу, затем поднялись к шее, мужское дыхание становилось всё более сбивчивым и горячим, Марина начала расслабляться, но не удержалась и всё равно спросила:
— Это ты её позвал?
Дима поднял голову.
— Кого? Наташку?
— Да. — Марина в глаза ему посмотрела. — Зачем ты её позвал?
Он насмешливо фыркнул.
— По работе позвал, она мне документы привезла. — Головой недоверчиво мотнул. — Мариш, да ты что?
Она отвернулась.
— Ничего. — В глаза ему не смотрела, но зато прижалась щекой к его плечу. — Просто мне неспокойно как-то… — Вдохнула полной грудью и вдруг спросила: — Дима, а что если я с работы уйду?
— С работы? — Он на локте приподнялся и посмотрел с интересом. — С чего вдруг? Ты даже в отпуск не хотела уходить.
— Не хотела, — призналась она со вздохом. — Но я не могу больше. Они шепчутся у меня за спиной, обсуждают, как я, с кем я. Не могу больше.
— Если не можешь, уходи.
Марина на подушку откинулась.
— А делать я что буду?
Гранович хмыкнул.
— Ты сначала уволься, а потом будешь думать. — Он замолчал на несколько секунд, затем Марину поцеловал и лёг рядом с ней, обнял одной рукой. И вдруг улыбнулся. — Это что же получается, ты меня к Наташке приревновала?
Марина локтём его пихнула, повернулась спиной, а Гранович довольно рассмеялся.
Дмитрий с тяжким вздохом перевернулся на спину, и лицо рукой закрыл. Замер так, но Марина знала, что ненадолго. Он уже час ворочался, никак уснуть не мог, и ей не давал. Она первой не выдержала, повернулась и тихо спросила:
— Чего не спишь?
— Готовлюсь морально. Сейчас всё-таки встану и убью этого кота.
Она улыбнулась в темноту.
— Он же маленький, Дим.
— Да, но зато гад большой.
Словно в доказательство его слов из-за двери послышалось жалобное мяуканье, почти плачь. Марина решительно откинула одеяло, собираясь встать.
— Я схожу.
— Не надо. — Дима её за руку схватил. — Мы же договорились. Не будем поддаваться.
— И спать не будем?
— Марин, это дело принципа.
— Боже, принципы в ход пошли!
— Конечно. Он и так обнаглел, с нами за одним столом уже ест, а в постели он мне не нужен.
Марина снова прилегла, к Дмитрию придвинулась, руку на его грудь положила и погладила успокаивающе. Поводила пальцем, после чего опустила руку вниз по его животу. Гранович тут же откликнулся на это движение и хмыкнул.
— Отвлечь меня решила?
— Чего не сделаешь ради маленького бессловесного существа.
— Действительно, — согласился он, обнимая её. Одеяло снова было откинуто в сторону, Дима на Марину навалился, несколько переигрывая свою неуклюжесть и тяжеловесность, но она лишь рассмеялась, не подумав возразить.
— Пообещай мне, что это воскресенье ты дома проведёшь, — попросила она громким шёпотом, в последний момент увернувшись от его губ. Ладонями его щёки обхватила, почувствовала проявившуюся к вечеру щетину, подушечками пальцев погладила, и сама Грановича поцеловала. — Хоть один день полностью, — шепнула Марина.