— Я проложил три трубы, — сказал он, улыбаясь. — Хочешь посчитать? Или хочешь продолжить обсуждение книги?
Теперь Труди поняла, в чем причина этого странного замечательного чувства, которое она испытывала к Томасу и которое неожидано вызвал Билл. Она осознала, в чем заключается тайна ее сказочных вечеров в «Бабочке» и почему ей не удавалось воссоздать их в реальной жизни. Ее всегда сильно возбуждали горячие интеллектуальные споры. Это было для нее чем-то вроде пролога. Схватка интеллектов и испытание умов переходили в физическую страсть. Умственная разминка действовала на нее сильнее физической. В этом и состояла загадка Томаса, которую она очень долго пыталась разгадать. Она сама сказала в «Бабочке», что хочет быть с умным, образованным мужчиной, с которым можно обсуждать серьезные проблемы.
Труди перевесила свою сумочку с одного плеча на другое, неожиданно почувствовала некоторое смущение.
— Значит, — сказала она, затушив сигарету, — восточная философия, так? Ты ввел меня в заблуждение.
— Взаимно.
Труди достала еще одну сигарету и закурила. То, что она только что узнала, удивило ее. Она себя чувствовала неловко. Нужно во всем разобраться и решить, что делать. Билл! — думала она. — Упрямый Билл!
— Тебе не следует так много курить, — сказал он.
— У тебя еще и медицинское образование?
— Нет, — ответил он спокойно. — Я просто не могу смотреть на то, как ты сама себя убиваешь.
Труди посмотрела на ивы, которые окружали дом Грина. Они красиво раскачивались на ветру.
— Я твоя должница, — заметила она. Он страшно удивился.
— Должница?
— В прошлом месяце ты из-за меня потерял час рабочего времени, потому что я вызвала тебя в свою контору на ковер. И ты сказал, что я должна заплатить за него. Обед сегодня за мой счет в Маури. Договорились?
Он медленно потер руки и оглянулся.
— Я не могу сегодня оставить ребят. Мне надо еще решить некоторые вопросы. Я и обед принес с собой.
Она бросила на землю сигарету, затушила ее ногой и сказала:
— Тогда пока!
Труди села в машину, и когда заводила мотор, к ней подошел Билл.
— Что ты делаешь в воскресенье? Не хочешь покататься на лодке со мной?
Труди подняла глаза и посмотрела на Билла. Он стоял в лучах. солнца. Ей вдруг страшно захотелось быть с ним в открытом море, спорить, соревноваться в остроумии, заниматься любовью.
Но она вспомнила кошмарную ночь с каким-то субподрядчиком — многие наши ребята уверены, что ты лесбиянка — и подумала о неудачах, которые ее преследовали последнее время. Все знакомые оказывались подонками, которым нужны были или ее деньги, или просто хотелось переспать с ней. Труди засомневалась в своих чувствах к Биллу.
— Извини, — сказала она, подавая машину назад. — Давай считать долг аннулированным.
Растерянный Билл смотрел вслед удаляющейся машине.
Черный рыцарь пустил коня галопом по турнирному полю. Пыль летела из-под копыт его боевого коня. В руках у всадника было копье. И когда он поравнялся с красным рыцарем, он точно прицелился и ударом копья сбросил противника на землю. Зрители аплодировали ему, когда он подъехал к трибуне, где сидела его дама, слез с коня и вернул ей вуаль, которую брал с собой на поединок.
Публика пришла в восторг. Джессика аплодировала и махала рукой рыцарю, который великолепно сыграл свою роль. Была полная иллюзия праздника эпохи Возрождения. Джессике очень нравились эти праздники.
Она, Джон и двое их друзей продолжили свою прогулку по ярмарочной площади. Праздник проводился раз в год. Джессика не пропустила ни одного. В эта году Джон пригласил Рэя и Бонни. Они пришли без маскарадных костюмов, в отличие от других гостей Джессика очень хотела приготовить костюм, но Джон был категорически против, сочтя ее идею просто смешной. И теперь, когда они прохаживались по площади, Джессика завидовала женщинам в изысканных старинных туалетах и в простых платьях, которые носила прислуга. Они замечательно вписывались в атмосферу праздника.
Правила были строгие, все должно было соответствовать эпохе Ренессанса — одежда, речь, даже еда, которая продавалась на ярмарке, должно относиться только к этому периоду. По этой причине ярмарка закрывалась до наступления темноты, так как электричество нельзя было использовать. Устроители праздника сделали только одну уступку современности, и то по распоряжению министерства здравоохранения: все продовольственные ларьки имели холодильники, а молоко, пиво и вино пастеризовалось. Все остальное достоверно до такой степени и в таких деталях, что можно было ощутить себя в том времени, несколько веков назад.