- А финансисты не постреляются? - озабоченно спросил Ковалёв, подписывая документы.
- Ничего, - засмеялся Смирнов, - новых наберём. Чтобы знали, кого надо из армии гнать, а с кого пылинки сдувать. Короче, с Богом, мужики. За вами предварительные переговоры, а по их результатам будем готовить и всё остальное.
Двое не молодых, но высоких и крепких мужчин, одетых скромно, но как-то немного необычно, шли через Красную Площадь к Боровицким воротам. Один из них нёс небольшую чёрную сумку через плечо, а у второго в руках было нечто завернутое в бумагу и похожее на картину. На Спасской башне колокола начали вызванивать 'Интернационал'. С двенадцатым ударом мужчины остановились возле полосатого шлагбаума и, достав из карманов пропуска, протянули их часовому. Часовой, не спуская с них глаз, протянул их в окошко в стоящей тут же будочке.
Из будки вышел военный с петлицами старшего майора НКВД.
- Товарищ Ковалёв?
- Есть.
- Товарищ Шенкерман?
- Есть.
- Будьте добры, товарищи, передайте мне ваши вещи и следуйте за мной.
Идти пришлось не далеко, всего метров двести. Шли по ухоженным дорожкам, везде была видна юная поросль зелени. Весна вовсю вступала в свои права. Игорь кивнул на небольшое двухэтажное здание. Вот так, мол, ещё достраивать и достраивать будут. А сейчас такой уютный особнячок, специально для Главы Государства.
- Сюда, товарищи, на второй этаж.
- Спасибо, Николай Сидорович.
Власик, а это был именно он, ошалело поглядел на мужчин:
- Откуда...
- Простите, товарищ Власик, - ответил Игорь, - мы много чего знаем, но об этом потом, после встречи с товарищем Сталиным. Не судите нас очень строго, но мы тоже носители государственных тайн.
- Понял, - кивнул Власик.
Зайдя в приёмную, Власик указал мужчинам сначала на вешалку, а затем на стулья:
- Снимите, пожалуйста, верхнюю одежду, а потом присядьте. Нужно немного подождать.
- Хорошо, Николай Сидорович. Мы подождём, сколько надо.
Поскрёбышев, сидевший за столом секретаря и что-то быстро писавший, даже не подал вида, что в приёмной есть ещё кто-то, кроме него. А Власик, прислонив к стене сумку и пакет, зашёл в кабинет Сталина. Впрочем, он тут же вышел и пригласил друзей в кабинет Сталина.
- Прошу простить, но вещи ваши занесу я, - сказал начальник охраны Вождя.
- Конечно, Николай Сидорович.
Сталин стоял лицом к окну окутанный табачным дымом. Когда гости вошли, дверь за ними закрылась, и Сталин внимательно на них посмотрел:
- Ну, здравствуйте товарищи, проходите, пожалуйста, - говорил он мягким, голосом, в котором совершенно не ощущался акцент. Разве может некоторые гласные он произносил немного напевно, - Будем знакомиться.
Подойдя к Ковалёву, он протянул руку и произнёс:
- Джугашвили, Иосиф Виссарионович, Генеральный Секретарь ЦК ВКП(б).
Ковалёв, пожимая Сталину руку, чётко, по-военному доложил:
- Полковник Ковалёв, Сергей Николаевич, старший научный сотрудник Научно-Исследовательского института Земли, отдел работы со временем.
- Так это Ваша разработка, я так понимаю? - Прищурился Вождь.
- Да, товарищ Сталин, моя.
- Очень хорошо, товарищ Ковалёв.
Подойдя к Шенкерману, Сталин подал ему руку и так же произнёс:
- Джугашвили, Иосиф Виссарионович, Генеральный Секретарь ЦК ВКП(б).
Игорь так же, по-военному:
- Генерал-полковник Шенкерман, Игорь Францевич, профессор, ректор кафедры истории при Академии Генерального штаба Вооружённых сил Российской Федерации.
Сталин нахмурился:
- Российской Федерации?
Игорь ещё больше подтянулся:
- Да, товарищ Сталин, Российской Федерации. Я уполномочен Президентом России и Министром обороны, от имени всего народа России, который, не смотря ни на какие изменения в политических, экономических, международных системах, в большинстве своём мечтает вернуться во времена правления товарища Сталина.
- Неужели всё так плохо? - Заволновался Вождь.
- Сейчас нет, нынешний Президент, работник спецслужб за двадцать лет нахождения в аппарате предыдущего Президента и ныне, на посту Президента сделали колоссальную работу. Они вывели страну в лидеры и по экономике, и на военном поприще. Социальная сфера вообще в приоритете его политики. Нынешний Президент, внешне мягкий, вежливый человек, но дела его говорят совсем о другом. Взять только Крымский вопрос.
- Крым? - Сталин стал снова набивать трубку, - Что с Крымом не так?