- Джессика, а вы тоже планируете преподавать? – перевел на меня взгляд Клос.
- Ну, изначально у меня были совершенно другие планы, – собравшись с духом, начала теперь врать я, – но Натали привила мне такую любовь к химии, что я уже всерьез задумываюсь о преподавательской деятельности.
Я посмотрела на подругу с улыбкой и увидела, что она уже не сдерживаясь смеется. В этот момент мне стало так забавно, что только мы вдвоем знаем истинную причину этого смеха.
Теперь уже я сама обняла ее крепко и чмокнула в щечку. Мы подняли бокалы с вином, принесенным во время нашей беседы, и выпили за эту замечательную встречу. Из еды у нас были незатейливые сэндвичи в жареным яйцом и беконом, овощи, несколько видов сыра и много фруктов.
Оказалось, у Клоса в Берлине была девушка с которой они планируют пожениться после окончания учебы. Рашид же пока был открыт к новым знакомствам. Натали заверила его, что итальянки очень горячие и знает она это не понаслышке. Я посмотрела на нее с возмущенным взглядом ревнивой подруги, в глубине души и правда заинтересованная этой пикантной подробностью ее прошлого. Но Нэт великолепно отыграла и эту партию, мило потрепав мои волосы и заверив, что это было задолго до нашего знакомства. Чтобы вымолить мое прощение она взяла большую спелую виноградинку с блюда и провела ей по моим губам.
- Ты ж не ревнуешь, малыш? – не обращая внимания на парней, принялась играть со мной моя «невеста».
- Разве что чуть-чуть, – уже не без удовольствия подыгрывала я. Поймав зубами виноградину я сомкнула губы. Натали медленно достала пальцы и завершила эту сцену горячим поцелуем.
Убедив себя, что это лишь игра, я уже не задумываясь прижималась губами к ее губам и старалась повторять ее движения, имитируя настоящий поцелуй. Взглянув на парней я поняла, что им еще как понравились наши с Натали ласки, и от этого я в очередной раз улыбнулась. Настроения придавал и легкий туман в голове от выпитого вина.
Натали с парнями о чем-то болтала дальше, а я просто сидела не вникая в разговор и глядя куда то в сторону, раскусывала очередную виноградину во рту. Хотелось просто наслаждаться нахлынувшим приятным чувством не отвлекаясь ни на что.
Бутылка вина была выпита и встал вопрос продолжить посиделки или идти отдыхать. Натали посмотрела на мои сонные глаза и сказала ребятам, что нам пора в номер. Я знала, что она с удовольствием просидела бы до самой ночи прикончив еще не одну бутылку и придумав еще десяток забавных правдоподобных историй, но за это я ее и любила: она всегда была очень внимательна и чувствительна ко мне.
- У тебя классно получается сочинять, – лежа в кровати сказала я. Нэт сидела на своей стороне и расчесывала кудряшки.
- У тебя тоже, – с улыбкой ответила она. – Выдумщица еще та!
- Мне только все ровно немного стыдно.
Натали повернулась и посмотрела на меня как на дуру, как будто я сказала какую-то чушь.
- Ну правда, – начала оправдываться я, – не обязательно ж было выдумывать, что мы лесбы.
- Во-первых, соврать частенько просто жизненно необходимо, – сказала она, закончив с волосами и ложась рядом со мной, – во-вторых, детка, ты бы весь вечер отбивалась от ухаживаний озабоченного Рашида.
- С чего ты взяла? – захохотала я.
- Джес, солнце, посмотрись в зеркало! Да он небось сидит сейчас в туалете и дрочит, подставляя тебя.
- Фу, Натали! Что ты говоришь!
- Правду! Тебе, любовь моя, я говорю только правду. И в-третьих, черт возьми, это ж было очень весело! – засмеялась теперь и она.
- А может и тебя…, – после долгой паузы сказала я.
- Может, – с улыбкой ответила Натали. – Или представляет нас обеих!
- Ну все, Нэт, хватит! – все еще смеясь начала умолять я.
- Джес, – она повернулась ко мне и начала ласково поглаживать мою руку, – в первую очередь думай всегда о себе. О том, что хорошо для тебя. Если для этого надо врать – ври, если нужно послать – посылай всех в самую даль. Но сделай все, чтоб тебе было комфортно.
Помню я подумала тогда – это кардинально противоположный взгляд на жизнь тому, что мне до этого все проповедовали. Я противопоставила Натали всем моим знакомым, маме, подругам, и глядя на нее подумала: в ее сегодняшнем вранье было больше естественности, чем в повседневной жизни всех, кого я знаю.
- Есть очень парадоксальная вещь в жизни, – продолжала она, – когда тебе плохо - ты никому не интересна. Этому миру ты нужна только когда ты счастлива и свободна. Унылые несчастные девочки никому не нужны, даже самим себе. Поэтому сначала сделай все для себя, себя любимой!