- Правильно? Кто придумывает эти правила? – ответила она. – Это ты и должна понять, моя прелесть, что нет никаких правил. Есть только ты и мир вокруг. И как тебе жить в этом мире, решать тебе одной. А все правила, навязанные нам извне – это бред. Ты повзрослеешь, Джес, когда это поймешь.
Натали поцеловала меня в щеку и прижала к себе.
- Кэт самая классная девчонка на свете. Я горло за нее перегрызу любому. Она умеет жить и ценить эту жизнь, несмотря на все дерьмо.
- А за меня? – решила я пошутить, чтобы не начать снова реветь. – Ты говорила я тоже классная.
- За тебя, любовь моя, я убью любого, а потом обоссу его труп.
- Фу, Натали!
- Разорву в клочья и скормлю бездомным собакам любого, кто хоть пальцем тронет мою крошку, – она продолжала гладить меня. – Попробуй жить без правил, Джес, тех, которым тебя научили. Слушай только свое сердце и следуй за своими желаниями. Знаешь, один философ сказал: «Смелый человек не опирается на догму или общественное мнение при выборе собственных ценностей.» Осмелься так жить, котик, и ты очень быстро поймешь этот мир, а главное, поймешь себя.
Натали взяла меня за плечи и приподняла. Наверно она хотела убедиться, что эта истеричка не ревет снова. Я слушала ее, понимая, что она говорит что-то очень важное, но принять до конца пока что я этого не могла. Слишком много на тот момент во мне было этих стереотипов и правил, которым я свято следовала всю жизнь. Натали сделала еще один маленький глоток и предложила мне. Я отказалась, так как уже чувствовала легкий дурман.
- Ты напиться собралась? – спросила я с небольшим упреком в голосе.
- А у тебя есть другие предложения? – хитро ухмыльнулась она и немного сильней схватила мою ногу.
- Не дождешься! – улыбнулась я. – Извращенка!
- Даже в мыслях не было ничего извращенного, – оправдалась она, – просто легкий секс.
- Ну Нэт!
- Я слышу твое тяжелое дыхание, – прикоснувшись губами к моему уху прошептала она, – и чувствую, как учащенно бьется твое сердечко…
Я встала с ее колен и села на нее верхом, как она сегодня сидела на мне, положила руки ей на плечи и смотрела на нее. Конечно она была права насчет сердцебиения и всего остального. Да я уже и не отрицала сама себе, что мне нравится быть с ней, ее ласки, чувство возбужденности.
- Ты мой змей искуситель, – с улыбкой сказала я.
- А что, мне нравится, – улыбнулась в ответ Натали.
- Не, он же плохой.
- Наоборот! Он прекрасен!
- Чем? – в недоумении смотрела я на нее.
- А что хорошего, если у тебя нет выбора? Кто даст гарантии, что тебя не надули. А он, согласно легенде, дает шанс человеку увидеть эту жизнь во всех ее красках. Ну конечно, если отбросить религиозный бред про грех и все прочее.
- Натали, ты просто…, – я замялась, не способная подобрать слов, – ты самый нестандартный человек которого я знаю!
- Тебе ж это во мне и нравится, да?
Вместо ответа я обняла ее за шею. Конечно же, именно это меня к ней изначально и привлекло. Казалось, самые обыкновенные и очевидные вещи, она могла перевернуть вниз головой и, самое главное, логически объяснить свою точку зрения, не согласиться с которой после этого было уже невозможно.
- Пошли спать, – все еще обнимая ее шею, сказала я.
- Пошли, солнце.
Я взяла ее за руку и повела. Остановившись возле ее двери, я еще раз погладила ее руку и пожелала сладких снов. Натали провела пальцем по моей руке в ответ.
На этот раз, прикоснувшись головой к подушке, я сразу начала проваливаться в сон. Меня попытался удержать в этой реальности шквал мыслей, крутившихся в голове и еще не до конца успокоившееся сердцебиение, но алкоголь и уставшие от плача глаза, не оставили шанса.
VI
Утром, лежа в кровати, я попыталась вспомнить все, что говорила мне вчера Натали. Я уже отчасти усвоила урок, что нужно делать то, что хочется и доверять своим чувствам. Но вчера она перешла уже все границы, покусившись на какие-то фундаментальные основы мироздания. Она всерьез говорит о том, что супружеская неверность – это нормально и можно крутить роман на стороне только потому, что тебя не устраивает твоя семейная жизнь на сто процентов. Чтобы хоть немного с ней согласиться, мне пришлось бы отказаться от всего христианского и светского учения, от всех морально-этических правил и норм, которым меня наставляли. И все ради чего? Ради свободы и счастья? Хм… ради свободы и счастья…
Первые эмоции после вчерашней истории уже давно прошли, но все же у меня затаилась какая-то обида на Кэт и тем более на ее ухажера. Я даже думать не хотела о предстоящем ужине. Понимаю, что все ровно придется с ним знакомиться и общаться, и тем более с тётей, но наряжаться для них в ресторан и изображать счастливую племянницу уж точно не хотелось.