По моим щекам потекли слезы. Словами я бы не смогла объяснить их причину, но внутри я осознавала, что это слезы радости. Радости за саму себя. Радости за то, что я наконец-то поняла ее, мою Натали. Моя бабочка достучалась до моего чёрствого разума, помогла мне вычистить его и стала частью меня.
Я стояла, опершись на перила и смотрела на величественные отвесные скалы, ежесекундно принимавшие на себя удар свирепых разъярённых волн. Невольно я сравнила себя с этими каменными стенами. Что могло придать им такую прочность и непоколебимость, выдерживать неумолимый натиск природы? Я вспомнила слова Натали, говорившей, что когда я переосмыслю и приму то, что произошло в жизни Кэт, я стану другим человеком. Я вспомнила бронзовую девочку, ищущую утешения, но не желавшую взять судьбу в свои руки. Вспомнила Люси и ее непростую жизнь, которой я так опрометчиво пособолезновала. Наконец, я подумала о самой бабочке и ее нелегкой судьбе и поняла: для того, чтобы осмелиться жить своей жизнью, отстаивая свои интересы и убеждения, зачастую придется идти против общепринятых норм и правил. И именно в этом противостоянии мы и становимся крепкими и непоколебимыми, как скала.
Наконец до меня дошло, как можно жить, не обращая внимания на мнение окружающих. Да просто у каждого из нас свой путь и своя судьба. Мы не должны быть друг на друга похожи и оценивать друг друга по словам и поступкам. Мы вообще не можем никого оценивать, даже самих себя. Ведь для того, чтобы судить, нужно знать и прошлое, и будущее. А мы всего лишь люди, идущие по дороге жизни, на которой нет ни вчера, ни завтра, а только сейчас.
Я поняла, почему Натали такая. Почему она просто обожает делать всякие неслыханные глупости и при этом ведет себя совершенно свободно и естественно. Да потому, что если ты не признаешь никаких шаблонов и правил, все, что бы ты не сделала, будет правильным.
Я вернулась в комнату и присела на кровать, рядом с Нэт. Она все так же лежала, не желая шевелиться. Я запустила руку под одеяло, пристроилась рядом и стала ласкать ее грудь через ночную сорочку. Это быстро придало ей бодрости и оживило ее.
- Ты все еще по действием экстези?
- Трезвей я не была еще никогда в жизни, – тихо ответила я, прижавшись губами к ее шее.
Натали легла на спину, повернувшись ко мне лицом, видимо для того, чтобы убедиться, что это в самом деле я и со мной все в порядке.
-Ты снова плакала? – заметила она следы недавних слез.
-Да, – продолжая ласкать ее грудь, ответила я и улыбнулась, – я же плакса.
Натали схватила меня за талию, второй рукой обхватила мои ягодицы, и мы стали целоваться прям как ночью, в множенном в десятки раз порыве страсти. Я продолжала касаться ее груди, но она взяла мою руку и протащив по животу, уложила ее между своих ног, слегка сжимая и направляя мою ладонь, давая понять, как мне ею двигать.
- Еще чуть-чуть, и я нарушу данное обещание, – тяжело дыша, сказала Натали.
- Не будем его нарушать, – так же задыхаясь от возбуждения, ответила я, – тем более мы уже не одни.
- Но вечером с этого момента можем продолжить.
- Вот к этому моменту, – я пошлепала пальцами ее между ног, давая понять, о чем именно говорю, – к этому я вернусь в любую секунду, когда пожелаешь.
Мы поднялись, поцеловавшись перед этим еще с десяток раз, и пошли умываться, не дожидаясь, пока нас застукают в компрометирующей позе.
Поскольку я была уже достаточно бодрой, в душ я забежала первой и первой пошла встречать Кэт.
Тётя разбирала какую-то сумку сидя на диване в гостиной, а Кристэна уже видимо не было.
- Мы проснулись, – сообщила я и с распростертыми объятиями набросилась на Кэт.
- Ну наконец-то! Я думала вы до вечера проспите, – не выпуская меня из объятий, сказала она – дрыхли там в обнимочку две голубки.
Я понимала, что скрывать от нее наши с Натали отношения глупо, поэтому я постаралась собрать всю свою решительность и рассказать прямо сейчас. Кто бы еще меня понял, в конце концов, если не она.
- Да, в обнимочку, – сказала я тихо, – мы с ней давно уже вместе.
Я закрыла глаза и крепко обняла ее, не желая, чтоб Кэт смотрела сейчас на меня. Мозгами я все понимала и была совершенно спокойна. Ее реакция, какой бы она ни была, не способна была поколебать мое решение. Однако привычка придавать значение чужому мнению, и чрезмерная пикантность этого вопроса сковали меня.
- Я не собираюсь занудствовать, котик, – спокойно сказала Кэт, – потому что я хорошо знаю Натали и уверена, что она сделает все, чтобы уберечь тебя от необдуманных и поспешных решений.
- Она заставила меня до пятнадцатого апреля сходить на пять свиданий с самыми красивыми парнями, – пробурчала я.