- Теперь перед тем как сжечь ее, ты должна произнести заклинание, – с серьезным видом сказала она. – Как зовут твоего преподавателя по химии?
- Мистер Брэнсон – ответила я.
- Отлично, а теперь повторяй за мной – Натали протянула свои скомканные страницы к огню, и я сделала то же.
В эту секунду я вспомнила, как однажды по ошибке выбросила свою рабочую тетрадь в мусорную корзину. Как я долго и тщательно после этого вычищала ее, переживая о том, что на ней может остаться запах или жирные пятна. А тут я сама, сознательно собираюсь бросить в огонь учебник, который специально везла через пол мира. Я посмотрела на довольное и совершенно спокойное лицо Натали и поняла: если я хочу быть похожей на нее, мне придется стать такой же чокнутой, как и она.
- Иди в жопу мистер Брэнсон со своей химией! – крикнула она заклинание и бросила свои страницы в огонь.
Я швырнула свою часть и как смогла прокричала то же самое. Кэт сидела на кресле уже с налитым бокалом вина и смеялась с нас от души. Мы. завершив обряд, взяли свои бокалы и сели вдвоем в соседнее кресло.
- Давай Джей-Джей каждый день делать глупости, чтоб это вошло в привычку.
- Я за! – подняла руку Кэт
- Давай, – ответила я.
- В конечном итоге Джес, – закуривая длинную тонкую сигарету, продолжила разговор тётя, – ты поймешь, чтобы быть в этом мире счастливой, жить по своим правилам и в свое удовольствие, нужно быть сукой.
- Циничной гребаной сукой! – подхватила Нэт.
- Да, котик, циничной сукой.
Безусловно, подумала я, было циничным спалить мой учебник по предмету, необходимому мне для поступления в следующем году.
- Да простит нас мистер Брэнсон, – продолжила Кэт, – но этим летом я хочу, чтоб ты отдохнула на всю катушку.
- А мы тебе в этом поможем! – подмигнула мне Натали.
- На всю, так на всю, – обреченно пробормотала я, хоть и не скажу, что сильно расстроилась.
Мне оставалось лишь в последний раз проводить взглядом охваченную пламенем обложку книги, из последних сил сопротивлявшуюся этому безумию.
Кэт наполнила наши бокалы и откинулась в кресле, затягиваясь сигаретой. Я посмотрела на нее, расслабленную, с бокалом вина в одной и сигаретой в другой руке, и подумала: эта женщина точно знает, о чем говорит. Мы с Натали сидели в своем кресле, медленно потягивая вино.
Этот вечер длился вечность. Мы долго болтали, в каменной чаше трещали горящие паленья, мы ели фрукты, и медленно пьянели. Это был один из тех вечеров, которые запоминаешь надолго, благодаря тому ощущению, которое он дарит.
Наверх мы с Натали поднялись вместе. Я остановилась у своей двери, а она пошла дальше, к своей. И снова, как раньше, она положила руку мне на плечо и провела пальцами по всей длине, медленно, специально приостановившись для этого. В этот раз Натали не сразу отпустила их, а повернувшись и глядя мне в глаза держала мою руку. Это длилось достаточно долго, чтоб заставить меня засмущаться, даже в моем, не совсем трезвом состоянии. Наконец она отпустила меня и зашла к себе. Я облокотилась на свою дверь и постояла так с минуту, все еще ощущая ее прикосновение.
Утро началось, как можно было предположить, с разглядывания потрескивающих пузырьков тающей таблетки в стакане воды. Только в этот раз я созерцала это волшебство с улыбкой на лице. Мне впервые в жизни было хорошо от того, что я делаю глупости, делаю что-то, за что сама раньше могла осудить кого угодно. Меня приводила в восторг одна мысль, что я сижу с растрепанной прической и больной головой, пью таблетку от похмелья, вспоминая сожженный учебник по химии, выпитое вино и сексуальный взгляд и прикосновенья Натали. Я понимала, что соседская собака пришла бы в ужас от всего этого, не говоря уже о всех остальных. Но сегодня мне было на это плевать. Зайдя этим утром на кухню, где уже во всю орудовали девчонки, я первой подошла к Кэт и крепко обняла ее. Затем так же крепко обняла мою Натали.