Ближе к вечеру, я собрала все вещи с которыми переехала, а все что мне за это время подарил Джеджун, оставила здесь. Лишь одну вещь я не смогла оставить — кулон с бабочкой, слишком уж он был мне дорог. И хотя Хиро не сдержал обещание никуда меня не отпускать, не смотря на то, сколько раз повторял это и просил верить ему, тем не менее, сегодня он поставил точку в наших отношениях, а я все равно не могу на него злится. Глупая я, правда?
Решив отвлечь себя, позвонила Мина, так как живет она здесь недалеко, я позвала ее на прогулку. С момента выписки ее из роддома, мы больше не виделись, поэтому увидев подругу детства и маленького Сокджина, который успел неплохо подрасти с нашей последней встречи, мне стало легче. Пока мы просто прогуливались с коляской по парку, уже стемнело, а на часах было начало десятого, быстро же пролетело время. Проведя Мина с сыном домой, попрощалась, и направилась к своему дому. Проходя мимо уличной кафешки, случайно заметила Чонгука, он был пьян, решила подойти дабы отругав, отвезти домой. Однако, встала как вкопанная после пары шагов — рядом сидел Джеджун. И я бы разпереживалась бы, что он мог с ним что-то сделать, да вот только и киллер-то трезвым не был. Хотела подойти, но ноги просто не слушались, отказываясь делать даже один шаг. Меня снова затрясло. Но вот, они пожимают друг другу руки, и Чонгук кому-то звонит. Продолжая стоять и наблюдать, я постепенно успокоила себя, и смогла отметить, что остановилась довольно в удачном месте. Не широкая тропинка ведущая во дворы, народу по ней ходило немного, да и освещалась она тоже слабо, прям как знала, что пошла этой дорогой. Минут через пять, может и десять, я почему-то вовсе потеряла счет времени, попросту наблюдая за ними, немного волновалась, что бы не подрались, но с другой стороны, уверяла себя, что мне должно быть все-равно. За Чонгуком приехало такси, в которое Хиро его любезно посадил, затем же вернулся и заказал себе еще бутылочку соджу. Направившись к нему, я спокойно подошла к столику, за которым сидел Джеджун и села напротив него, заглядывая в глаза.
— Что ты здесь делаешь? — удивился блондин, и судя по всему, он был не настолько пьян как я предполагала, но сути дела это не меняло, его взгляд все равно был уже мутноватым.
— Сижу, как видишь, — ухмыльнулась я, смотря в его глаза, на что парень хмыкнул.
— Иди ложись спать у тебя утром самолет.
— Не пойду. Если хочешь сейчас избавится от меня, ответь на несколько моих вопросов, — выставила свое условие я.
— Ладно, валяй, — пожал плечами блондин, опрокинув в себя рюмку.
— Почему я отстранена?
— Ты слишком не профессионально работаешь, слишком долго и неосторожно. Сегодня ты едва не провалила все. Однако, в одном спасибо, некоторую информацию мне удалось узнать самому, но что мешало это сделать тебе, я понятия не имею.
— Зачем мне улетать? — перешла к следующему вопросу, не желая обсуждать его ответы, пытаясь оправдаться.
— Для твоей же безопасности. Возвращаться тебе нельзя как минимум года два, к тому же, в аэропорту тебя встретят, ты там не пропадешь, — практически не смотря на меня, Джеджун продолжал отвечать мне безразличным тоном.
— Зачем ты врал, что никогда меня не отпустишь? — с этим долгожданным вопросом, сердце забилось чаще, боясь услышать ответ, хотя внешне я старалась соблюдать непоколебимое спокойствие. Вздохнув, Джеджун посмотрел куда-то в сторону, задумавшись на пару секунд, затем, пополнив рюмку, снова опрокинул ее в себя, и посмотрев мне в глаза, ответил:
— Ты мне была нужна на время, и тем более, ты из тех девушек, которые легко ведутся на такие слова, — ухмыльнулся гадкой ухмылкой Джеджун. Почувствовав, как сердце вдребезги разлетелось внутри, и как предательски завыла душа, я из последних сил сдержала слезы, продолжая смотреть в глаза Хиро, будто пытаясь вселить в него все эти чувства, всю эту боль. Налив в его рюмку себе соджу, рывком влила в себя алкоголь, словно пытаясь утопить в нем все… Наполнив вторую рюмку, снова посмотрела на парня, который даже не собирался мне препятствовать, ухмыльнулась, и плеснула напиток ему в лицо.
— Ты не сильно отличаешься от тех, на кого ведешь охоту, — ухмыльнувшись, сказала я, зная, что задеваю за больное, и пока он не успел до конца сообразить, что сейчас произошло, поспешила покинуть кафе.
Дома я сразу пошла в душ, подавляя слезы, надеясь смыть с себя все чувства и воспоминания. Я знала, что это невозможно, но хотелось тешиться мыслью, что вода спасет меня сейчас. Поэтому в душе я простояла около часа, а когда вышла, не ощущала никаких эмоций, то ли из-за усталости, то ли и правда вода помогла. Решив попить водички, прежде чем лечь в кровать, пошла на кухню. Налив в стеклянный стакан прохладной воды, успела сделать лишь глоток, как в следующее мгновение, рука вдруг ослабла, и стакан упал. Звуки разбившегося стекла о кухонную плитку раздались эхом в моей голове. На ноги попала вода и чудом меня миновали осколки. Голова вдруг сильно закружилась, и в следующий момент, уже все тело будто начало неметь. Не успев сделать и шагу, я упала, почувствовав неприятную боль в затылке и руке, провалилась в темноту.
Придя в себя, поняла, что нахожусь в своей постели. В памяти прокрутился обрывок из того, что я последнее запомнила — падение. Я пошла на кухню попить воды, но уронила стакан и упав, потеряла сознание. Можно было бы списать это как сон, да вот только неприятная боль в затылке и перебинтованная рука говорили об обратном. Не сумев встать из-за отсутствия сил, тихо простонала от ноющей боли в затылке, которая тут же разыгралась еще больше от каких-либо моих шевелений. Ко всему прочему еще и тошнота добавилась.
— Выпей, — услышала знакомый мужской голос, но видела я еще не достаточно четко, поэтому не смогла определить, кто находился рядом со мной. В рот запихнули какую-то таблетку, и помогая привстать, дали запить водой, — тебе должно полегчать.
Через несколько минут мне немного полегчало, но жутко захотелось спать. Поддавшись желанию, я уснула.
Проснувшись утром, чувствовала себя уже довольно неплохо, только рука немного щипила. Посмотрев на часы, вспомнила о самолете, в десять вылет, сейчас же начало девятого. И хотя лететь я никуда не собиралась, но уверенна, это будет добровольно-принудительно, поэтому нет смысла сопротивляться.
— Уже проснулась? — в комнату зашел вовсе не тот, кого я привыкла видеть в этой квартире, это был Химчан, что неприятно меня удивило. Впрочем, почему же неприятно? Мне же лучше, если больше не увижусь с тем, кто попросту меня использовал.
— Проснулась, — хмыкнула я, — тебя Хиро прислал?
— Одевайся, и иди поешь, нам скоро выходить.
Решив не задавать больше лишних вопросов, прекрасно понимая, что ответ на них мне не получить, встала с постели, и приняв все утренние процедуры, оделась, вышла на кухню, но есть по-прежнему не хотелось.
— Ты в курсе, что у тебя недоедание? Хочешь с голоду помереть? Странно, что ты вообще встала с постели! — злился Химчан, — сядь и ешь, иначе я накормлю тебя силой.
Смирившись, села за стол и принялась есть сытный и аппетитный на вид завтрак, однако вкус был другим, не таким насыщенным и сладким как это обычно получалось у Джеджуна. Раньше я считала, что Химчан хорошо готовит, но теперь его кулинарные способности меня перестали впечатлять. Вообще, по сути, в компании этих киллеров мне было довольно неплохо, сами готовили для меня, никакого физического насилия, практически никаких домоганий, некоторые порой выполняли мои требования, все было очень даже хорошо. Неплохая жизнь заложника у меня была, под конец превратившаяся в любовную драму.