Это если делают шоколадные плитки. А если говорить о шоколадных конфетах, то существуют еще цеха для приготовления различных начинок, среди которых «три поросенка» на особом положении из-за содержания алкоголя. Последний хранится в «спиртовой» – комнате, где коньяки, ром и ликеры ждут своего часа. Код на вход в эту комнату – величайшая тайна, доступная избранным.
В цехе глазировки плывущая по конвейеру конфетная начинка, уже разбитая на прямоугольнички, покрывается шоколадом в несколько слоев. Потом конфеты остужают в холодильном тоннеле, и упаковывают. Заворачивание в обертку происходит автоматически, а раскладка по коробкам – вручную. Марго с удовольствием отметила, что все упаковщицы работают в перчатках.
После знакомства с шоколадным отделением фабрики Марго попросилась в мармеладное. Мармеладные цеха стоят особняком, там и запахи отличаются. Мармелад готовится в закрытом варочном котле с дисплеем, на котором видна температура, и другие характеристики процесса. Готовый мармеладный сироп подается в экструдер – дозатор, который разливает жидкий мармелад в формы.
Формы делает их из крахмала специальная штамп-машина. Прямо в них потом и заливают мармеладный сироп. Отлитые формы едут по конвейеру, охлаждаются и выстаиваются, и спустя часов двенадцать-пятнадцать конфеты готовы. Их отправляют в барабаны, похожие на большие стиральные машины, и там конфеты крутятся, а к ним добавляют специальный воск, который делает мармеладки гладкими, блестящими, и не липнущими друг к другу.
– А там что? – спросила Марго, показывая на соседнее помещение.
– Это тоже мармеладный цех, но конфеты там выпускают по рецепту «КИС». Рецепт строго засекречен, его знает только наш волшебник, – ответила улыбчивая женщина-техник, которую приставили к аудиторам в мармеладных цехах.
Марго уже обратила внимание на «КИС» – одного из крупных покупателей фабрики. Из конфет он приобретает только «розовых слоников», которые, к слову сказать, в несколько раз дороже остальных мармеладных животных.
– Кто такой волшебник? – спросила Марго.
– О, это наш творец рецептов. Они же все время совершенствуются. Ищет новые вкусы у себя в лаборатории.
Марго выразила желание посмотреть на выпуск розовых слоников. Аудиторам пришлось подождать сопровождающего, потому что в цехе, выпускающем конфеты для «КИС», работал другой персонал.
Ощутимо другой. Через полчаса ожидания к ним вышел здоровый детина в белом комбинезоне. Меры безопасности в этом цехе были еще круче, чем в шоколадной части фабрики.
– Че тут смотреть, все то же самое, как везде, – сказал детина, не слишком расположенный к беседе.
– Работа такая, – дружелюбно ответила Марго и протянула руку к конфеткам, плывущим мимо по конвейеру. – Можно? А то мы всю продукцию уже перепробовали, кроме ваших слоников.
– Нельзя! – неожиданно заорал детина, так что Марго вздрогнула и отдернула руку. – По контракту пробовать запрещено. Продукция только для «КИС». Эксклюзивная. Не трогать!
Марго опешила, но решила продолжить осмотр.
– Какая производительность у линии? – спросила она.
– Я не в курсах, – ответил детина. – Обычная, как везде.
– А где хранится незавершенка?
– Че? Ты нормальными словами употребляй.
– Где хранятся конфеты, которые еще не готовы? И где запасы готовых конфет?
– Какие еще запасы? Все вывозится ежедневно, тут ничего нет.
На все остальные вопросы он отвечал либо уклончиво, либо не отвечал вовсе. Марго быстро поняла, что по каким-то причинам им здесь не рады. Возможно, из-за секретности рецепта. Ну ладно, что ж поделать. Напоследок охватив взглядом помещение цеха, она пошла на выход, но зацепилась ногой за порожек, споткнулась и рассыпала листки, в которых делала пометки в течение дня. Все заползали по полу, помогая Марго собрать бумаги, под пристальным взглядом детины, который, видимо, боялся, что листки заразные или что незваные гости потеряют что-нибудь, и вернутся.
Пользуясь моментом пока все отвлеклись, Илья незаметно положил в карман пригоршню розовых слоников, которых взял прямо с ленты.