Я моргнул, тряхнул головой и вновь уставился на бабушкин подарок. Проклятье, как она меня уговорила на это убожество? Я же помню, что сказал «нет». Твердое «нет». А пять минут спустя уже искал место, где идиотская статуэтка будет не так сильно бросаться в глаза. Мог бы, размолотил бы ее в пыль, но ба же проверит. Нагрянет без приглашения и устроит цыганочку с выходом и припадками, не обнаружив своей «красавицы». По той же причине над кроватью у меня уже пятый год болтается комок облезлых и по виду голубиных перьев, обозначенный как «ловец снов», а коридор увешан картинами разной степени психоделичности, мимо которых я стараюсь пробегать быстро и зажмурившись. У ба странный вкус. Но эта вот... богиня – даже для нее слишком.
Конечно, я знал, кто такая Афродита. Ну по крайней мере слышал о ней и видел всяческие ее мраморные и бронзовые воплощения. Потому на заверения ба, мол, эта дама – покровительница дельцов, и статуэтка непременно защитит меня от конкурентов, только благодушно улыбался. Ага, дельцов, как же. Она б мне еще Святого Валентина притащила и сказала, что он притягивает деньги. Короче, я не купился. Но и в магическую силу куска камня не поверил, потому, наверное, и согласился его оставить. Черт, не помню уже. Вообще нихрена не помню, хотя и дня не прошло. В голове туман.
Я снова моргнул и перевел взгляд с бабы каменной, пристроенной в углу под окном, на бабу живую, но куда менее эмоциональную. Как там ее... Лена? Лера? Лора?
Как она здесь очутилась, тоже вспоминалось с трудом. Нет, я точно сам притащил. Прямо с ужина. А вот откуда она взялась изначально... то есть не совсем изначально, а после своего рождения, но до нашей встречи в ресторане? С этой долбаной сделкой последние две недели мне явно было не до знакомств. Значит, постарался кто-то извне. Кто-то с дурным вкусом, вроде моей ба, потому что у Лены-Леры-Лоры были огромные уши, маленькие поросячьи глазки, а рот и нос периодически менялись местами. У меня в коридоре автопортрет какого-то кубиста висит – один в один.
Зачем же я тогда ее приволок? Что-то подсказывало, что за ужином она была очень даже ничего, и грудь ее не скалила на меня зубы.
Воздуха отчаянно не хватало, и я потянулся ослабить галстук, но не смог его нащупать. Как и рубашки и вообще какой-либо одежды выше пояса. Когда я успел оголиться, мы ведь недавно вошли? Или нет? По крайней мере на диване устроились с удобствами, у каждого по бокалу, а в бутылке на столе уже меньше половины. Да что там, блядь, за вино такое?
Я открыл рот, толком не зная, что собираюсь сказать, но в тот же миг живот пронзило раскаленным прутом, и я... не согнулся, нет, но дернулся и, похоже, застонал. Потому что Лена-Лера-Лора тут же прильнула к моему обнаженному плечу и выдохнула мне в ухо:
– О, милый...
Я отпрянул, за что тут же поплатился новым спазмом. Лена-Лера-Лора удивленно округлила квадратный рот-нос и выпучила поросячьи глазки.
– Артем... что-то не так?
«Не так» – это еще мягко сказано.
Я снова застонал и на сей раз все-таки сложился пополам, вцепившись руками в живот и пытаясь удержать в нем кишки, которые, по ощущениям, из меня вытягивали через пупок. А потом и вовсе заорал, и хотя сам себя не услышал, но кубическая Лена-Лера-Лора очень показательно вскочила.
– Артем! Что с тобой? – Я скорее читал по губам, чем реально слышал ее слова. – Что мне сделать?
Нет, даже если она не так уродлива, как мне кажется, все равно не вариант. Кубическим бабам положены хотя бы мозги...
– Скорую... вызови... – с трудом выдавил я, прожигая ее бешеным взглядом из своего скрюченного положения. И все-таки нашел в себе силы добавить: – Дура...
А то помру, а ей так никто и не скажет. Непорядок.
Не знаю уж, обиделась она или нет, но за телефон схватилась. Запиликали сенсорные клавиши, как сквозь вату зазвучали какие-то слова. Интересно, она знает адрес? Додумается если что врубить джипиэс? Размышляя над этим, я вдруг понял, что уже лежу на полу, прижимая колени к груди и глядя на Афродиту в полотенце. На фоне Лены-Леры-Лоры она казалась даже симпатичной, и буфера, опять же, без зубов. Чужой все так же копошился в моем животе, пытаясь выбраться на свет божий и захватить вселенную, но боль слегка притупилась. Я зачем-то подмигнул Афродите, и статуэтка подмигнула в ответ.