В понедельник я послал Халифу /369б/ и еще нескольких беков посмотреть, в каком месте следует переправляться через реку, в среду я опять поручил Халифе осмотреть пространство между двумя реками, а сам поехал верхом в направлении к югу, желая полюбоваться на грядки с кувшинками возле Ари. Когда я осматривал эти грядки, Шейх Гуран принес мне кувшинки с недавно образовавшимися семенами. Эти [семена] в общем похожи на фисташки; хорошенькие цветочки, то есть кувшинки, хиндустанцы. называют «кавал кикри», а семена — «дуда».
Мне сказали, что река Сон находится поблизости; мы поехали и поглядели на эту реку. На левом берегу Сона виднелось множество деревьев; говорили, что это — местность Мунир, где находится могила Шейха Яхьи[854], отца Шейха Шараф ад-дина Мунири. Поскольку мы были уже так близко, то переправились через Сон и, пройдя три-четыре куруха по левому берегу реки, осмотрели Мунир. Мы проехали через сады и совершили обход вокруг мазара; потом я отправился на берег реки Сона и омылся в реке. Сотворив полуденную молитву раньше времени, мы двинулись обратно в лагерь. Лошади у нас были жирные и некоторые из них отстали, другие притомились. Мы оставили несколько человек позади и приказали им собрать уставших коней и дать им отдохнуть, напоить их и, не торопясь, привести в лагерь. Если бы мы этого не сделали, то потеряли бы много коней.
Я приказал, чтобы кто-нибудь, возвращаясь из Мунира сосчитал, сколько конских шагов от берега Сона до лагеря. Насчитали двадцать три тысячи /370а/ сто шагов, что составит сорок шесть тысяч двести человеческих шагов, то есть одиннадцать с половиной курухов. От Мунира до Сона около полукуруха, так что всего получается двенадцать курухов. Разъезжая то туда, то сюда, мы проехали пятнадцать-шестнадцать курухов; всего пройдено в этот день около тридцати курухов. Было уже шесть гари первого пахра, когда мы возвратились в лагерь.
На следующий день, в четверг, из Джунпура явились Султан Джунаид Барлас и джунпурские беки. Так как они запоздали, я обратился к ним со словами укора и не поздоровался с ними; Кази Джиа я призвал к себе и поздоровался с ним.
В этот день я созвал тюркских и хиндустанских эмиров, и состоялось совещание относительно переправы через реку. Решили, что Устад Али установит на возвышенности между реками [Сару и Гангом] пушки, пищали и мортиры и поставит множество стрельцов, которые начнут оттуда сражение. На бихарской стороне Ганга, немного ниже слияния обеих рек, напротив острова, где был один слон и много лодок, принадлежащих бенгальцам, Мустафа приготовит все свои орудия и снаряды и откроет бой. С ним тоже будет много стрельцов. Мухаммед Заман мирза и назначенные туда люди должны стоять сзади Мустафы в качестве вспомогательного отряда. Чтобы надзирать за многочисленными землекопами и рабочими, подготовляющими место для устройства парапета, установки пушек и стрельбы из мортир позади Устад Али Кули и Мустафы, /370б/ были назначены надсмотрщики; они занялись добыванием и собиранием снарядов и припасов. Султаны, эмиры и ханы быстрым ходом должны были перейти Сару у переправы Халди; пока готовят парапеты, им надлежит собраться на той стороне в полном вооружении и броситься на врага.
В это время Султан Джунаид и Кази Джиа доложили, что в восьми курухах вверх по реке есть переправа. Зардру получил приказание взять с собой одного или двух плотовщиков, а также людей Султан Махмуд хана и Кази Джиа и поехать осмотреть переправу. Если переправа возможна, то пусть тотчас же переходят реку.
Среди людей шли разговоры, что Бенгалец намерен поставить людей также у переправы Халди. От шикдара Махмуд хана из Сикандарпура пришло донесение. «Я собрал у переправы Халди около пятидесяти лодок и нанял лодочников, но лодочники очень напуганы слухами о приближении Бенгальца».
Так как найти переправу через реку Сару нужно было немедленно, то, не дожидаясь возвращения людей, ушедших высмотреть переправу, я в субботу созвал беков на совет и сказал им: от Сикандарпура в Чатур-Муке до Луда и Бараиша переправ на реке нет. Раз уже мы стоим здесь, то назначим большой от ряд, /371а/ который переправится у Халди на лодках и пойдет на врагов. Пока они не вернутся, Устад Али Кули и Мустафа будут вести стрельбу из пушек, ружей, пищалей и мортир. Мы, со своей стороны, переправившись через реку Ганг, назначим подкрепление Устаду Али Кули и будем стоять в полной готовности. Когда войска, переправившиеся через реку, подойдут близко к противнику, мы тоже начнем бой и перейдем реку; Мухаммед Заман мирза и люди, назначенные на бихарскую сторону реки Ганга, будут сражаться рядом с Мустафой.
854