Бабушка помогает, но ворчит:
— Куда тебе столько игрушек? На целый небольшой магазин вполне хватит.
— Да, много у меня игрушек, — соглашается Таня. — Может, тысяча.
— Ну, это уж ты переборщила.
— Ничего не переборщила. Потому что кукла Катя, например, и просто девочка, и принцесса, то на горошине, то без горошины, то она царевна-лягушка, то Мальвина. А кукла Люба то мать, то мачеха, то ведьма, то баба-яга. И все так: то путешественники, то моряки, то лётчики, то заколдованные какие-нибудь. Вот и сосчитай, сколько всего-то у меня тут народу!
Рассуждала Таня очень весело. Но вся весёлость у неё пропала, когда не на куклу Катю и не на зайчонка с утёнком, а на неё саму вдруг напала ведьма.
Вот как это вышло.
Таня напялила на себя старую бабушкину вязаную кофту — рукава до полу висят. Сверху накрылась с головой шалью — одни глаза виднеются и кончик носа. Придерживая двумя руками шаль у подбородка и подвывая, Таня направилась в кухню. Хотела немножко бабушку напугать. Будто она не Таня, а чудище заморское, — превратилась, значит.
Из детской в кухню надо было пройти через переднюю и потом по небольшому коридорчику. Вышла Таня в переднюю, а там лампочка не зажжённая. Ну и что? Дороги, что ли, Таня не знает? В передней сумрачно, свет падает только из открытой двери в детскую, за Таниной спиной.
Бредёт Таня в сумраке, тихонько подвывает. Посильнее она взвоет, как перед бабушкой окажется. Под ноги Таня глядит, чтобы не споткнуться. Потом подняла глаза и… обомлела. Что это?! Надвигается на неё какая-то тёмная расплывчатая фигура… Всё ближе… Да ведь это ведьма! Самая настоящая! Сейчас Таню схватит…
Зажмурилась Таня от страха и завопила не своим голосом:
— Ба-а-ба-а!
Прибежав из кухни, бабушка еле на ногах устояла: об Таню споткнулась. Сидит Таня на полу, этакая кочка закутанная с головой, и навзрыд плачет.
Подняла её бабушка с полу, в комнату увела:
— Что с тобой? Расшиблась? Что у тебя болит?
— Ве-едьма! — рыдает Таня и озирается, к бабушке приникла.
— Какая ведьма? Где?
— В пере-едней. Совсем на меня бросилась. Да ты, бабуля, подо-спе-ела-а!
— Фу, большая девочка! Нет на свете никаких ведьм. В сказках только. Что ты выдумала?
— Я же видела!
— Показалось тебе.
— Ничего не показалось. Видела. — Таня дрожит и за бабушку держится.
Так и ходила до самого вечера за бабушкой. Бабушка в кухню — и Таня в кухню. Бабушка в комнаты, то в одну, то в другую, — и Таня за ней. Бабушка на лестничную площадку, мусор выбросить в мусоропровод, — и Таня туда же. До прихода родителей за бабушкин подол держалась, как двухлетняя.
ПАПИН ЭКСПЕРИМЕНТ
Пора бы Тане третий сон видеть, а она у мамы на коленях сидит. Папа по комнате бегает, волосы пятерней ерошит. Бабушка сетует:
— Дочиталась, доигралась во всякие сказки!
— Девочка моя, пойми, не существует ведьм! — убеждает мама.
Эту фразу Таня уже сто раз слышала от всех троих. Как вернулись с работы мама с папой, так наперебой то же самое твердят.
Но Таня стоит на своём:
— Одна ведьма, во всяком случае, существует. Я же её видела! А про других не знаю. Вдруг эта, что существует, опять появится?
— Да не оглядывайся ты, не озирайся! — Мама чуть не плачет. — Видеть не могу, как ты озираешься.
А папа задумчиво на Таню поглядывает. И вдруг говорит:
— Видела, значит? Где? Как? Расскажи мне, пожалуйста, подробно.
— Ой, стоит ли? — засомневалась мама.
— Расскажи, расскажи!
Таня рассказала, как она нарядилась чудищем, хотела бабушку попугать. Не сильно попугать, немножко, просто в шутку. Пошла в кухню, а в передней ведьма на неё…
— А ну, давай всё снова сделаем, — предложил папа. — Может, и я ведьму увижу. Мне же интересно.
— Что ты затеваешь? — встревожилась мама.
И бабушка покачала головой:
— Ой, правда, Алёшенька…
— Я боюсь! — сказала Таня.
— Ничего, ничего. Я ведь рядом буду. Неужели я тебя, свою доченьку, ведьме отдам?
Надел папа на Таню бабушкину вязанку, закутал её шалью и велел:
— Иди!
Таня осторожно ступила из детской в переднюю. Папа за ней шагнул:
— Ну как?
— А тогда в передней свет не горел…
— Потушим. — Щёлкнул выключатель, в передней темно стало, только свет из открытой двери падает. — Не дрожи, Танюха, я с тобой!
Двинулась Таня шажками, с опаской смотрит перед собой. И вдруг как закричит:
— Вот она! Вот она! — А ей навстречу и правда тёмная, неуклюжая фигура идёт.