Яшу слова не обижали. Любой скандал он привык переживать, как рыбак цунами. Прекратить не может - следует просто переждать. Да и не до того было. Голова трещала. - Яша!!! Ты меня слушаешь?
Кивнул головой. Стальной шарик прокатился по внутренней стороне черепной коробки. Яша хотел пива.
- Слушай меня внимательно! - продолжала Галя. Яша изобразил сосредоточенность, нахмурив брови - Или ты сегодня приходишь, как нормальный человек. Трезвый!!! - она метнула взглядом молнию - или я тебя уволю!
Яков заверил, что вчера было в последний раз, сегодня трезвый, как стёклышко. Он и сам всё понимает. И под напутствие: я «тебя предупредила», отправился на работу. Яков уже ровно неделю работал на ликероводочном заводе.
Вечером Урал с коляской подкатил к калитке. Галя встречала мужа позой «руки в боки». Яша сидел в люльке. Кепку он потерял по дороге, в руках крепко держал трёхлитровый бидон.
- Ах ты ж скотина такая!! - Галя начала свирепеть.
Яша, слыша звук, вертел головой, стеклянными глазами ища источник децибелов. Увидев жену, он расплылся в улыбке. Протягивая перед собой бидон в сторону любимой супружницы, и расплёскивая пахучий Талас, он торжественно произнёс:
- Галя, это тебе. - и немного подумав, добавил - Презент!
На следующий день Галя сходила на завод в отдел кадров и забрала Яшины документы. Отдали без лишних вопросов - дело- то привычное.
Голова Ленина.
Когда с центральной башни талнахского рудника Маяк сняли профиль Ленина, меня, на тот момент дошколёнка, охватили чувства приближающегося апокалипсиса. Я не знал тогда, что такое апокалипсис. Это был просто животный страх. Сейчас, конечно, больше всего меня удивляет, насколько пропаганда пронизывала всё вокруг. Откуда я знал, кто такой Ленин и какая его роль в мировой истории? В садик я не ходил. не было вокруг ни детей, ни садиков. Из друзей только Баба Лена и дед Роберт. Соседи - «коренные норильчане», бывшие «сидельцы», а позднее «поселенцы», а ещё позднее - и ехать было некуда. На «материке» никого не осталось. Дед Роберт был строгим и малоразговорчивым, говорили, что он был сыном какого-то высокопоставленного чиновника из Москвы, времён Сталина. Из-за отца и загремел во враги народа. Баба Лена напротив, женщина простая. Была у неё присказка - «ясно море». От этих слов было тепло и солнечно. Может с юга она была родом, не знаю. Видя мою растерянность, отец выжег мне на аккуратном куске фанеры профиль Ленина. Не знаю, как ему это удалось, художественным талантом он не обладал, но было очень похоже. Я успокоился и сделал на бугре за «болком» нечто вроде мемориала. Носил туда цветы - жарки и иван-чай. Рядом с моим Лениным в соседней «могиле» покоился щенок Жора, которого загрызла свора злых собак со свинарника. Голову Ленина вернули на законное место, она была просто на реставрации, а я пошёл в школу. Первого сентября нас провели в класс на четвертом этаже. Школа была для меня огромной. И я очень боялся не найти свой класс самостоятельно. На помощь пришла голова Ленина. В вестибюле, напротив нашего класса стоял огромный, размером с первоклашку, бюст Ленина. Он-то и служил мне ориентиром и путеводителем в светлый мир знаний. На переменах бегать мимо него было очень некомфортно. И мы машинально замедляли скорость, озираясь на пронзительный взгляд. Я рос. Ленина в жизни становилось всё больше. Как и другие школьники, посещал уголок в библиотеке, с названием - Маленький Ленин, с красочными по тем временам книжками, где рассказывалось какой он был справедливый, целеустремлённый с самых пелёнок. Наконец, на груди засветился значок с золотым портретом кучерявого Володи Ульянова. По стране понеслась Перестройка. Шквал информации и новые лица в телевизоре: “Взгляд», «Прожектор Перестройки», «12 этаж». Родители по вечерам не отходили от телевизора. Буквально дышали им. И я вместе с ними. Тогда-то я и посмотрел первый раз «Письма мёртвого человека». Ужас и неминуемый конец жизни - ощущения которые буквально охватили меня. Бабушки не было, поэтому рассказать про ангелов на облаках, и тем самым успокоить растревоженного октябрёнка было некому. На помощь опять пришла голова Ленина. На клубе Юность, барельеф вождя мирового пролетариата венчала надпись - Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить. Замыленная для взгляда взрослого человека фраза, дала внезапно ответ пытливому юному уму «внука Ильича» - как жить вечно. Чтобы жить вечно, надо жить, как Ленин. С осознанием этой истины я торжественно вступил в пионеры.