– Если ты хочешь научиться по-настоящему вдохновенному вязанию, то нужно успокоить свой ум, – сказала Айви, отложив вязание и глядя на Уилла поблёскивающими глазами. Из всех бабушек она единственная пользовалась косметикой, причём, как правило, той, что с блёстками. – Пока это не так важно – но только пока. Так что закрой глаза.
Уилл чувствовал себя очень глупо, но глаза закрыл.
– Теперь отбрось все мысли, пока в голове у тебя не останется ничего, кроме звуков внешнего мира.
Уилл слушал. Он слышал голубей, воркующих на крыше, и пчёл, жужжащих за окном.
– Ну вот, – сказала Айви. – Теперь открой глаза.
– Начинаешь вот так, – сказала Доркас, показав ему две спицы, которые только что так и мелькали в её крохотных морщинистых руках. – Вокруг, вниз, насквозь, наружу. – Она протянула спицы Уиллу. – Вокруг, вниз, насквозь, наружу.
– Вокруг… вниз… насквозь…
– Хочешь стишок? – спросила Доркас. – Он немного детский для мальчика твоего возраста, но тем не менее может пригодиться. Вот он:
Сквозь нору в земле,
Большого дерева вокруг,
Кролик бежит себе,
Ему наружу пора, на луг.
– Я знаю этот стишок, – сказал Уилл. – Мы с бабулей его напевали. Был ещё другой:
Пролезь под забором,
Овцу найди,
Из-под забора вылези
И вскачь беги.
– А, так это стишок для изнаночной петли! – сказала Доркас. – Лицевая и изнаночная петли – их учат в первую очередь.
– Есть ещё два стиха, – сказал Уилл.
Собери у изгороди
Золотую на заре,
Промой в ручье,
Расстели на траве.
Гребнем расчеши,
Смотри не зевай,
Веретеном спряди
И бабушке отдай.
Все бабушки отложили вязание. В тишине пробил колокол аббатства.
– Обклейте меня перьями и назовите «додо»! – воскликнула Доркас.
– Звучит так, словно это… – начала Жунь-Ю.
– …описание базовой Петли Слушания, – закончила Гортензия.
– Твоя бабушка учила тебя ещё до того, как ты узнал о волшебном вязании! – восхитилась Доркас.
– Вот видите! – сказал Уилл. – Она хотела, чтобы я связал Джемпер Слушания!
– Никто с этим и не спорит, дитя, – сказала Доркас. – Всему своё время, вот и всё. С Джемпером Слушания спешить не стоит.
– Поспешишь – людей насмешишь, – сказала Жунь-Ю.
– Рим не сразу строился, – сказала Матильда.
– Почувствуй ритм природы, – сказала Айви. – Её секрет в терпении.
– Два самых сильных воина – терпение и время, – сказала Доркас.
Холли хмыкнула и взяла поднос под мышку. Спицы в её волосах затряслись, когда она потопала вниз по лестнице.
– Когда-нибудь – нет такого дня недели! – бросила она через плечо.
11
Следующие две недели погода стояла дождливая, Бен снова куда-то укатил, так что Уилл наведывался в Вязальную чуть ли не каждый день. За это время он связал плащ для своего Железного Человека, шарф к маминому дню рождения и мягкую зелёную шапку для себя (правда, на шапку она походила весьма отдалённо).
Уилл был так поглощён вязанием, что не замечал, какие странные вещи творятся в городе. Он совсем не обратил внимания на рассказ мамы о том, что только два человека пришли на занятия по колокольному звону, которые она посещала. Слова Софи о том, что мисс Виолетта уже три дня не насыпает корм в кормушки, пролетели у него мимо ушей. Даже когда они с папой увидели Боба-Велосипеда, выходящего из автобуса с двумя пластиковыми пакетами, это показалось им всего лишь забавным.
– Боб! Что ты забыл в автобусе? – рассмеялся папа. – По-моему, это первый раз, когда я вижу тебя в транспорте с двигателем внутреннего сгорания.
У Боба был растерянный вид. Он высоко поднял пакеты:
– Мой джемпер разваливается. – По лбу у него катился пот. – Мне пришлось искать новый. Я должен найти ещё один такой же, точно такой же. – После чего он развернулся и ушёл, ни сказав ни слова о глобальном потеплении.
– Тихо сегодня, – заметила мама, когда они с Уиллом пошли на участок собрать стручковой фасоли. – Все разъехались?
– Мистер Вуд остался здесь, – ответил Уилл, глядя на пустую скамейку на соседнем участке. – С тех пор как он вышел на пенсию, он каждый день возится в саду: у него теперь всё равно что круглогодичный отпуск.