Пролог
Пролог.
Яркий свет лампы то расширялся, то сужался в такт моим бешеным зрачкам. Кровь стучала в венах с неистовством, грозясь порвать канаты самообладания.
Я знала совсем ничего. Я совсем его не знала…
Но он, кажется, знал обо мне слишком много.
Я боялась этого мужчину. Своих чувств к нему. Этой невозможной тяги, которая не подчинялась ни одну из известных физических законов.
Я так долго убегала по темным лесам, по разбитым дорогам, по осколкам своего сердца в поисках нового смысла, так много чудила и так часто ломала дрова.
Он был одним из тех самых дров, тем самым чудачеством. Как же он стал чем-то большим? Значительно большим. Огромным. Всеобъемлющим. Невыносимо дорогим сердцу. И оно снова билось, снова стало цельным.
— Не трогай меня, — все равно промычала я, боясь его, пугаясь своих чувств.
— Ты же здесь по своей воле. Что еще мне с тобой делать, если не трогать? — его ухмылка резала острым ножом, вспарывая швы на моем сердце. — Ты не древняя ваза, чтобы тобой любоваться.
Слезы собрались в уголках глаз. Я и вправду пришла к нему сама. То упорно отталкивала его, то бежала в его объятия. Пришел его черед играть со мной. И в этой игре лишь одно правило: он всегда прав, он все держит под контролем — он и есть игра.
— Я все про тебя знаю, — внезапно сказал он, и мои зрачки взорвались темнотой. — Все.
— Что это все? Что ты можешь про меня знать? — всхлипнула я.
— Знаю, почему ты ведешь себя таким образом. Я часто думал, нормальная ли ты вообще. Может, это какой-то социальный эксперимент или что-то в этом роде, и я в него случайно попал.
Я замотала головой. Ничего он не знает! Даже не догадывается!
— Замолчи. Не смей продолжать. Если ты копался в моем прошлом… Конечно! У тебя же деньги изо рта сыплются! — речь стала несвязным криком в пустоту.
— Я знаю все. Поэтому твои глаза сейчас закрыты. Ты боишься посмотреть своим страхам в глаза, прячешься от них, убегаешь. А им и не надо бежать за тобой вслед, искать тебя. Они всегда с тобой, — его указательный палец постучал по голове.
Если еще минуту назад я была уверена, что он будет домогаться до моего тела, то сейчас поняла, что он полез своими загребущими руками в мою душу, что было гораздо хуже…
Глава 1
Глава 1.
Ну кто придумал это солнце?! Кому оно, к черту, было нужно?
Мое лицо уткнулось в подушку, а из горла вырвался недовольный стон. Да чтобы вся эта жизнь разлетелась на кусочки к чертовой матери! Пусть все они окажутся там — у черта, хоть на рогах, хоть на куличках!
Подушка не придавала мне бодрости, а прилива сил не стоило ждать даже от витаминов. Я ела их пачками, всех фирм и видов, даже подумывала о прокалывании внутривенно. Но не-ет… мне нужен был адреналин в огромных дозах, чтобы носиться по этой жизни с огромной скоростью.
Сейчас меня хватало только на вялое перекатывание с одной стороны кровати на другую. И то, кровать-то эту я не сама купила!
Подскочив с нее, я бросила подушку в стену. Теперь одеяло. И простынь.
— Вернусь с работы — порежу вас нахрен! — крикнула я и умчалась в ванную.
Сказать, что мне сносило крышу — значит сказать совсем мало. Моя крыша уже болталась на соплях, а обломки разнесло по округе.
Начинать новую жизнь трудно, ибо старая делает все, чтобы тебя похоронить под своими завалами. Имена, места, люди, события… орали в моей голове, сбиваясь в ком под названием «Прошлое», который катился на меня с горы.
Слеза скатилась по щеке и сдохла в раковине, рядом с микробами. Там ей и место.
«Ты во всем виновата!»
«Ты меня такой сделала!»
«Ты!»
Дрожащие руки писали сообщения, а застланные слезами глаза плохо различали буквы. Кажется, есть пара орфографических ошибок… Да какая разница! Это же я, больше не милая и не хорошая девочка. Зачем мне тогда быть грамотной? Оторвам это не нужно.
Входящий звонок от Хлои. Я должна взять трубку и извиниться… или повторить все эти обидные слова ей в лицо.
— Кэти, милая, что с тобой? — голос сестры дрожал, как мои руки.
— Ничего, Хлоя. Ничего хорошего.
— Ты все из-за этого придурка…
— Не из-за него! И не из-за какого-то придурка вообще!
Разве можно обмануть родного человека? А тем более свою плоть и кровь, родную сестру, с которой одна душа на двоих?
— Кэти, в чем я виновата? Скажи, и я сделаю все, чтобы это исправить!
— Больше никаких мужиков в моей жизни, — прошипела я. — Буду разбивать им сердца, если надо — отбивать гениталии, но никакой любви, никакого доверия… Больше никогда, Хлоя.