— Ты горячишься. Мы с Виктором…
— Не хочу о вас слышать!
Моя депрессия металась из угла в угол, словно раненый зверь. То скулила от боли, то выпускала когти в порыве безумной ярости. Я мечтала, чтобы меня задавил автобус или случайно убил снайпер. Но кто я такая, чтобы для меня еще и киллера заказывали.
Вздохнув этим мыслям, я открыла полку с косметикой. Все, абсолютно все, что у меня было, дала мне Хлоя. Эту квартиру, всю эту косметику, одежду… господи, мои ноги. Она дала мне шанс ходить. Стыд вцепился в горло злости и начал ее душить. Как я могу так обращаться с ней, с единственным человеком, который мной дорожит?
«Прости меня, Хло».
Все на, что хватило моей смелости.
В зеркало смотрела тень той девушки, которой я когда-то была. Бледная, невзрачная, страшная тень. Вот что со мной сделала великая целительная сила любви.
Через час круги под глазами засияли хайлайтером под толстым слоем консилера. Черный бардак на голове был приведен в порядок грубыми движениями расчески и иногда нецензурными восклицаниями. Впавшие щеки зарумянились сочным персиком.
— Типа сойдет. Типа все хорошо, — пробубнила я, оценивая себя в зеркале.
Я была идеальным образцом моделек, которые снимались в журналах Виктора Хьюза. Серые мышки без хвоста, из которых фотошоп делал богинь. И только моя Хлоя была исключением. В модельном бизнесе. В его жизни.
Она всегда рассказывала о том, какие у них отношения. Мечта…
А я покрасила волосы в черный и ненавижу мужиков. Каждому свое.
Что ж, работа не ждет. А если и ждет, то потом не ждет зарплата. Убегает, улетает, смывает себя в сортире, но точно не ждет. А деньги мне были нужны. Я уже было сорвалась с места, чтобы накинуть на себя что-нибудь и бежать, но нет, не все так просто.
Черта с два я буду поступать так, как надо. Сегодня в конторке (ладно, в большой крутой фирме), где я работала секретарем, должны были произойти изменения века — новый хозяин приедет на смотрины рабов. Опаздывать было категорически нельзя. Плевать!
Отныне Кэти не будет милой. Никогда. И ни для кого.
Опоздаю — и пусть хоть увольняют.
Далее я очень долго искала подходящую к костюму блузку, еще дольше ее застегивала. Затем рылась в куче коробок в поисках туфель. Пусть будут лаковые черные на высокой шпильке. В стиле Хлои. Эта белокурая чертовка привила мне вкус к прекрасному.
Держа в руках переливающиеся кучей отваленных за них долларов Gucci, я набрала сестру.
— Я люблю тебя, Хло. Прости меня, — эти слова дались мне гораздо легче.
И ведь это так: о любви говорить куда легче, чем кричать о ненависти. Ненависть опустошает в первую очередь тебя самого. А я не хотела быть пустой.
— Я тебя тоже, Кэти. И я не обижаюсь. Я все понимаю.
— Только не говори со мной, как с больной, умоляю. Я приду в норму. Обязательно. Скоро.
— Скоро мы точно встретимся. Виктор собирался в Нью-Йорк на днях. Встряхнем яблоко, сестренка!
— Пошумим, Хлоя. Теперь можно, — вздохнула я и, передав ей поцелуи, отключилась.
На душе посветлело. Тучи немного рассеялись. Пора улыбнуться солнцу. Хотя бы перестать скалиться.
Рабочий день должен был начаться ровно через пятнадцать минут.
«Да будет так!» — подумала я и, не торопясь, аккуратной походкой (еще один бонус от того, что твоя сестра модель) направилась в сторону нужной улицы.
Я жила не так далеко от работы, поэтому не стала прибавлять скорость. Мне хотелось уволиться с этой работы. Надоело. Достало. В конец выпило из меня все соки это гребаное рабочее место.
Пора оставить в прошлом все: и любовь, и болезнь, и работу. Отлично. Тогда замедлюсь еще чуть-чуть.
Черт. Зеленый! Пришлось, вопреки всем желаниям, ускориться, чтобы успеть перейти дорогу. Ну почему этот переход такой длинный, а из машин таращатся какие-то мужики? Оу, вот это тачка… Может, там Тимберлейк?
— Святое дерьмо! — вырвалось из меня, когда вместо Тимберлейка я увидела асфальт под своими ногами. — Тупая шпилька! — шипела я и пыталась вытащить туфлю из дырки, в которую она угодила. — Офигенные дороги в самом центре цивилизации!
Машины начали сигналить, а я только и могла что стоять задницей к ним и материться то на туфли, то на дорогу. Зажегся красный. Бл*ть.
— Девушка, вам помочь? — задал самый идиотский в данной ситуации вопрос мужик из той самой тачки.
— Нет, придурок, я сама справлюсь!