Я улыбнулась. Уж кому повезло с личной жизнью, так это Хлое. Их отношения с Виктором были для меня эталоном. Ну почему у меня все не может быть так же просто?!
— Надо собираться на работу, Хло. Люблю тебя.
— Не чуди, крошка. Я всегда на связи. Пока!
Больше никаких звонков сестре. С этой мыслью я отключилась. Я знала, что Хлоя хотела ребенка. Они с Виктором хотели, но пока плотный график их карьер не позволял даже помышлять о карапузе.
А у меня не будет ребенка. Потому что не будет мужика и стабильных отношений. Взгляд снова упал на баночку с таблетками. Какое я имею право думать о ребенке, когда у меня в голове хаос из глупых мыслей, обид и злости на весь мир?
Пора что-то менять. Отныне только позитивное мышление! Нет повода для печали.
Именно этот позитивный настрой легким ветерком подгонял меня на работу. Сегодня я выбрала светлую шелковую блузку и юбку-карандаш. Шик. Пара капель Dior и ярко-красная Chanel на губы — и я снова та самая Кейт Белл, сестра несравнимой Хлои.
Шаг мой был уверенный и невесомый. Впервые за долгие месяцы мрака и депрессии я действительно искренне улыбалась миру. Он меня радовал, черт побери! А все из-за какого-то мужчины. Всего-то моего босса. Всего-то с этой божественной фигурой и задницей как орех… Стало жарко. И вспотели совсем не те места…
Офисное здание сверкало своими огромными стеклами, люди сновали во все стороны с портфелями, папками, телефонами в руках. Самая сердцевина деловой жизни. Дойдя до парковки, я заметила машину Брэндона.
Так, сейчас нужно взять себя в руки и как бы невзначай пройти мимо нее. Он захочет поздороваться. Надо держаться непринужденно, словно между нами был легкий флирт, а совсем не мое пьяное мракобесие пару дней назад. Я уже сделала шаг вперед, когда дверца пассажира распахнулась и явила миру потрясающей красоты брюнетку с омбре.
Какое омбре, господи… Где она его делала?
Черт. Кто же эта баба в роскошном платье-футляре и опасно высоких алых стилетах? И почему такая богиня выходит из машины Брэндона? Вопросы зажужжали в моей голове будильником (просто я ненавижу звук этой адской штуки), и я вздрогнула.
Спокойно, Кейт. Сестра. Племянница. Дочь. Мать. Бабушка. Хрен знает, кем она может ему приходиться. Но когда он обнял ее и поцеловал в щеку, заливаясь смехом, я поняла, что все варианты прошли мимо цели.
Она его девушка.
Глаза заслезились на солнце. Да, солнце виновато. Нацепив очки, я двинулась в сторону проклятого здания, где работала. Поющие птички в моей душе сдохли, и сейчас от них исходил смрад гниения. Я быстро забежала в туалет и закрылась в одной из кабинок.
— Какая же ты тупая, Кейт, просто дура набитая, — злобно шептала я, сдерживая слезы, но они уже булькали океанами в уголках глаз.
Подводку я сегодня использовала не водостойкую…
Как можно было понадеяться на что-то общее с этим человеком?! Где он, а где я. Он — на самом пике успеха и расцвета, и я — почти алкоголичка с банко й антидепрессантов под подушкой. О да, мы очень подходим друг другу. Конечно же, у него есть красивая и такая же успешная девушка! И это не я.
Я хотела аккуратно смахнуть слезинку, чтобы она не испортили весь макияж, но руки дрожали и совершенно не слушались. В итоге на пальце красовалось черное пятно.
— Сука. И ты, — пробурчала я этому пятну, — и мистер Кроссман.
Теперь пришло время спасать макияж. Я встала, поправила юбку и открыла дверцу. Выходя из кабинки, меня немного шатало, поэтому пришлось опереться о косяк.
— Дыши. Ничего страшного не случилось. Просто очередная твоя долбаная иллюзия сдохла, — прошептала я и окончательно вышла наружу. — Бл*ть! Черт! Нет!
Зацепившись за что-то, я порвала колготок на правой ноге. Руки затрясло еще сильнее. Снова не заметив, что я вообще делаю, я коснулась рукой с грязным пальцем блузки. Теперь грязным был не только палец.
Кое-как выволочив свое неуклюжее тело к зеркалу, я посмотрела на себя.
Олицетворение неудачницы.
Вместо того, чтобы срочно принимать какие-то меры по спасению внешнего вида, я дорвала колготки до панковского состояния и размазала пальцами макияж еще больше. Плевать на блузку.
Меня разбирал сумасшедший смех, когда я вышла из туалета. Ну вот, теперь мой стиль мой охарактеризовать как «героиновый шик». Да я дам фору даже законодательнице этой моды — Кейт Мосс.
— Всем доброе утро, — чересчур громко поздоровалась я, влетая на свой этаж. — Как дела, друзья?