Чарли не спускал глаз с Зика, пока сам Зик пытался прикрыть рот рукой, чтобы не взорваться от смеха, он смотрел, как я надеваю конверсы.
— Скоро вернусь, — сказала я маме и Чарли, когда открыла дверь.
— Хорошо, предохраняйтесь! — крикнула мама в след.
— Мама! — крикнула я, перед тем как хлопнуть дверью.
Зик орал в голос, пока мы шли к лесу. Для нас Клиффсайд – особенное место, где мы можем поговорить. Так что мы молчим, но там все мысли выйдут наружу.
— Обожаю твою маму.
— Она... Своеобразная.
— Тебе повезло, что она так поддерживает тебя в сексуальном плане. Если бы моя мама узнала, какие выкрутасы я устраиваю в кровати, она бы меня замуровала в коробку и отправила в Мексику.
Я хихикнула и потрясла головой, — Она ничуть меня не поддерживает, ты ей просто безумно нравишься.
— Чёрт, какой стыд. Она же обручена.
Моя челюсть отвисла, и я со всей дури ударила Зика по руке, — Ты отвратителен!
— Это шутка, задротка, — парень поднял руки в знак поражения.
— Мне все еще противно, что ты вообще такое мог сказать.
— Ну, она старше, но все же другая версия той же тебя. Так что я бы точно ее трахнул.
— Зик! — я его снова долбанула, но в этот раз в грудь. Я тут же замираю, когда парень поморщился и положил руку на место ушиба, напомнив мне, что ему больно.
(Я сначала не поняла, почему спустя 6 МЕСЯЦЕВ Зику до сих пор больно в местах, где его побили. Но это такой своеобразный каламбурчик от автора, что вроде как Зик до сих пор чувствует боль, напоминая, что прошло столько времени).
— Прости меня! О Господи, ты в порядке? Мне так жаль-
— Все хорошо, детка, — парень кладет руку на мою, — Кто уж и должен извиняться, так это точно не ты.
Милый Зик, думает, что заслуживает боль из-за его действий по отношению ко мне.
— Как твой живот? — я посмотрела на черную футболку, которая скрывала его торс. Как же хочется узнать, что таится под ней.
— Откуда ты знаешь, что у меня именно там болит?
— Что? Эм, — мое лицо покраснело, пока я придумывала отмузку. Не хочу говорить ему, что я пялюсь на него постоянно и замечаю, как парень морщится и напрягается, когда ему больно. Одним словом сталкер, — Я просто... Ну, ты понимаешь...
— Нет, я не понимаю, — ухмыляется Зик, подходя ближе ко мне.
— Не надо, — рыкнула я, — Ты меня смущаешь.
— Может, — он подходит ближе, положив руки на мою талию, — Это происходит, когда ты находишься в самом слабом состоянии, и не переусердствуешь, придумывая оправданий, почему мои руки не должны быть на тебе.
Может, так было раньше, но сейчас я хочу, чтобы его руки были на мне.
Чёрт, совсем забыла, что ненавижу его.
Я смахнула его руки с себя и начала идти дальше без лишних слов. Парень немного колебался, но потом последовал за мной в глубь леса.
Вид с Клиффсайда невероятный в это время года. Солнце уже начинает садиться, отражаясь в прозрачной воде. Зик сел на край обрыва, свесив ноги вниз, а я села чуть позади него, скрестив ноги в позе лотоса, чтобы чуть что, сразу поймать парня, если он упадет.
— Так ты мне расскажешь, почему вел себя ещё более мудаком, чем раньше?
— Одно условие, — парень лег, положив голову мне на ноги.
— И какое же?
— Ты сделаешь мне минет.
Я щелкаю его пальцем по лбу, и он улыбается своей милой детской улыбкой.
— Хватит юлить, рассказывай давай.
— Ладно, — парень вздохнул, — Я хотел тебя защитить от Джордана.
— Зачем тебе защищать меня?
Он вздохнул и посмотрел на небо, — Он сказал, что сделает кое-что.
— Сделает что?
Его глаза на пару секунд закрылись. Я знаю, как ему тяжело говорить об этом. Он снова выпрямился. Не могу видеть выражение его лица, поэтому я решаю встать и сесть рядом с ним, свесив ноги с обрыва тоже. Не важно, насколько мне сейчас страшно.
Зик смотрел на мои ноги, покусывая губу.
— Ты же знаешь, что он сделал с Ванессой.
— Ага... — мне даже страшно, что я могу услышать дальше.
— У нас с ней никогда по-настоящему не было серьезных отношений, но для меня она была всем. В основном это был просто секс, но мне нравилось, кем она была и ее наплевательское отношение ко всему. Все удивлялись, почему я не отомстил Джордану после того, что он сделал. А все потому, что... — он судорожно.
— Потому что Джордан сказал мне, если я пойду к копам или буду как-то мешать ему, тогда с Мэгги случится тоже самое.
Моя челюсть уже валялась где-то далеко, информация переваривалась с трудом. Зик заботится о Мэгги и своей маме больше всего на свете, а Джордан манипулировал его этим? Все это время он нес такой груз на плечах, держа все в себе. Я так зла. Зик заслуживает лучшего.