На крыльце остановился, наблюдая ставшую привычной за последние месяцы картину. В углу двора шла тихая, но оживленная возня – несколько человек, с десяток примерно, кидались на одного, прижатого к стенке, пытались его ударить или пнуть, а защищавшийся, молодой парень с окровавленным лицом, успешно от них отбивался. Внезапно все они кинулись на него разом, повалив, он начал отбиваться, пинаясь ногой, вывернулся, встал, оставив в руках одного из нападавших куртку, нападавшие снова придвинулись к нему, закрывая своими спинами. Вдруг один нападающий вылетел вперед спиной, как от сильного удара. Защищавшийся никак не походил на Валуева или Кличко, скорее всего, слабый магик.
Люди против магика, у которого, наверное, только пара таких вот фокусов вроде «толчка силой» в запасе. Без шансов.
Ладно, мне все равно уходить скоро.
– Замрите!
Двое нападавших, застигнутые оцепенением в момент неустойчивости, медленно повалились на землю, остальные держались на ногах. Ну вот, за два часа они немного остынут, а я, пожалуй…
В куче тел кто-то протяжно застонал, потом выругался. Один из упавших дернулся, подскочил и, как я уже видел, вылетел вверх, освобождая мага.
Лет семнадцать, может, побольше, тощий, но не болезненно, просто так сложен. Темные волосы, один глаз заплыл, нос кровит, губы и подбородок залило юшкой. Парень осмотрелся еще раз, очень осторожно подтянул левую ногу, ощупал, попытался встать, зашипев от боли.
Так, пистолет из кармана, снять с предохранителя, направить на мага.
Появиться.
Он прищурился. Солнце было у меня за спиной и било ему в глаза.
– Жить хочешь?
Он прикрыл глаза рукой, нервно оглянулся.
– Хочу.
– Имя?
– Дима.
– Игра?
– Чего? А… Вармаджик. Стрелялка.
– Подробнее.
– Ну там бегают, стреляют. Фришка азиатская.
– Пулю в ногу?
– Чего?
– Пулю в ногу хочешь? Если нет, то отвечай подробно.
– Блин, у меня и без тебя нога болит!
– Может заболеть и вторая. Подробности!
– Там телекинетические толчки есть, врагов отбрасывать, бочки двигать и все такое.
– Какие ресурсы использует?
– Хрен его знает, вроде жизненную силу.
Я припомнил, что отбивался он довольно активно.
– Врешь. Если бы жизненная сила, то ты бы не смог так драться.
Он закашлялся, подтянул ногу.
– Не вру, просто это какая-то другая жизненная… помогите встать. Ногу сломали, наверное.
– Зачем? Сиди так. Почему на тебя магия не действует?
– Я старший ученик…
– И что?
– Ну, амулет, он блокирует. Тут же учат магиков, вдруг прорыв способностей.
Зашибись. И это практически в центре города, в неохраняемом здании?!
– Покажи.
Он пошарил на груди и вытащил крестик. Очень знакомый крестик.
– А если я до него дотронусь?
– Рассыпется, не надо! – Парень быстро запихнул цепочку с амулетом за воротник, пригладил рукой. – Второго не дадут, я и этот еле выпросил.
Выпросил? У них есть запас негаторов магии? Причем нейтральных, которые можно отдавать вот таким балбесам?!
Десять сорок семь.
Подойдя к пацану, я проигнорировал протянутую руку и ухватился за шиворот, потащив за собой подальше от парализованных, но все слышащих людей. Парень старательно помогал мне, подпихиваясь одной ногой, уцепившись обеими руками в воротник своей джинсовки и что-то возмущенно сипя.
Остановившись в двадцати метрах, я прислонил его к стенке и присел рядом на корточки.
– Ты кто по жизни, Дима?
Он пожал плечом и попытался поудобнее устроить ногу, одновременно недовольно растирая шею.
– Студент. Педагогический, первый курс.
– Учитель, значит, будущий? И старший ученик?
Парень снова пожал плечами, а я посмотрел вокруг.
– Эти кто?
– Младшие ученики. Зауряды.
– За что били?
Он явно смутился.
– Я пару раз делал вид, что… ну, что у них вроде как получается. Ну там дернешь перо в бутылке, а они так забавно орать начинали.
Угу. Кого-то это мне напоминает.
– И что?
– Да дураки они, это же стимуляция, положительные эмоции! Я же не со зла!
– И ногу они тебе не со зла сломали. Ладно, Дима-студент, дальше ты сам…
Хотя очень хочется его взять с собой: маг он слабый, даже я справлюсь в случае чего, парень молодой, глупый. И тут немного покрутился. Может, опознать его? И каких я тогда новых глупостей наделаю? Сюда-то зачем кинулся сразу, без подготовки, не потому ли, что толстяк покойный очень хотел «свою» школу вернуть? Не, опознавать людей надо завязывать. Ну, по крайней мере, пока предыдущий не выветрится.