– Спасибо.
– Через пятнадцать минут уходишь. Попрощайся с Дарой.
Он снова стал перед девочкой на колено и начал что-то говорить. Та посмотрела на меня, на Илью, отрицательно замотала головой, потом кинулась на шею брату. Он ей через сколько ступеней родства брат? Может, просто фамилия одна, но заботится. Олег оторвал малышку от себя, что-то строго сказал, я опять понял только одно слово «Нури», погрозил пальцем. Она заплакала, кивнула, снова полезла обниматься.
Трогательная сцена, но я с некоторой паникой прогонял все возникающие проблемы – мне же теперь надо как-то о ней заботиться, а она даже по-русски не говорит!
Наконец, прощание закончилось.
– Илья, посиди с Дарой, хорошо?
Парень кивнул, протянул ладонь девочке, та, недоверчиво его осмотрев, все же пошла за ним.
– Олег, сейчас открою портал. Войдешь – немного побудешь неподвижным, не пугайся. До города три километра, рядом дорога. Ну, там сам справишься. Куда идти есть тебе, так?
– Да. Спасибо.
Кивнув, я продолжил:
– Сюда больше не возвращайся. Будет что сказать – оставь в Гнединской Гильдии, я там часто бываю. Ну, не Гильдия, она у них «Белым кругом» называется, но суть одна.
Теперь кивнул он.
– Все, время. Врата – развалины. Это, не забывай, что ты сейчас невидимый, на дороге осторожней будь.
Проследив, как он уходит, я посмотрел в портал. Вот он стоит, вот огляделся, сначала вокруг, ища опасность, потом по сторонам, пытаясь найти приметы перехода. Вот сделал шаг…
Все. Ушел.
Через три минуты переход погас, я машинально проверил время восстановления и пошел в дом.
Вот еще загадка. Что у них там стряслось? Почему он приехал именно ко мне, не верить же, что больше не к кому? Кто они вообще и откуда? Теперь, наверное, не узнать. Точно понятно только одно – надо готовить новый дом и решать, где он будет. В этом я слишком многим нужен, к тому же если в самом деле адская гончая… они же поисковые твари, кажется? Найдут, наверное.
Недавно поставил новый камень в пяти километрах от относительно небольшого городка, американского аналога нашего Гнединска, даже название такое же лошадиное – Кватерхорс велли. Лошадей я там, правда, не видел, ни четвертинок, ни целых, но жили в городе нормально, весь день сидел, наблюдал – машины ездят, магазины работают, люди спокойно с детьми ходят, даже какое-то подобие деревенской ярмарки имелось. Надо будет сходить, проверить, чем торгуют, как к пришлым относятся, что в обмен на товары берут. Колдануть немного, реакцию посмотреть. Но это потом, а пока…
Проблемы начались сразу и во всем. Самая простая – размер сиденья в туалете. Затем надо было обзаводиться одеждой, то, что на девчонке, нуждалось в стирке, и это еще одна проблема. И надо куда-то ее положить спать, надо чем-то занять, потому что скучающий маг семи лет от роду – это жутко. Ладно, ложки гнет, видел уже, но как она может дерево стен заставлять течь, как пластмассу горячую?! Единственная светлая нотка – Илья нашел с ней общий язык. Французский.
С трудом удалось выяснить, что она еще турецкие слова употребляет, и французский у нее какой-то не такой, как у Ильи в колледже был, но все равно, хоть как-то можно объясниться. Я быстро спихнул на пацана все заботы о девочке, напоказ не замечая его укоризненного взгляда. Мракоборцы, демоны, чума и политиканы – все фигня, вот успокоить рыдающую девочку – это подвиг, да.
В первый день она тосковала. Плакать начала сразу, как только ушел Олег, плакала долго, отчаянно и тихо. Была бы постарше, накачал бы снотворным, как Студента, но такой крохе давать таблетки было боязно. Пришлось сидеть рядом, держать за руку, что-то успокаивающе говорить, пока наконец она не выплакалась. Во второй посидела насупившись, с утра, заскучала и полезла исследовать все, что можно. Замки против нее были бессильны, девчонка их вроде бы даже не замечала, так что оба ноута быстро стали ее собственностью и один тут же был сломан. Пришлось применить силу, пару раз шлепнув для вида, на что последовала психическая атака. Слезы я переношу плохо, особенно детские, так что уже на третий день доступ к игрушкам она получила, тут же поняла, что ничего ей по возрасту интересного там нет (еще бы, я все поудалял заранее, чтобы точно не нашла), и ноут был забыт. На пятый день снова встала проблема с одеждой, и я был настолько на взводе, что, когда председатель, о чем-то толковавший с Мариной Степановной, начал было интересоваться, для кого я беру девчачью одежду, то все, на что меня хватило, это кинуть в него оцепу и прошипеть в лицо замершему «Не лезь!».