– Почему вы решили, что Анна Шееле как-то связана с «Оливковой ветвью»?
– А это не так?
– Не знаю… Все настолько... настолько неопределенно…
Они шли уже вдоль садовой решетки консульства.
Эдвард бросил взгляд на часы.
– Мне пора поспешить к таможенникам. Чертовски неудобно, что я не умею говорить по-арабски!.. Покидаю вас, но ненадолго! Я хочу расспросить вас о многом.
– А мне, – ответила Виктория, – так много нужно рассказать вам!
Сказано это было без колебаний. Сама смелая до дерзости, она признавала только мужчин, созданных для опасностей, так же, как звезды созданы для того, чтобы сиять – на ночном небосводе. Если бы она попыталась уберечь Эдварда от того риска, на который идет сама, разве ему бы это понравилось?
К тому же, поразмыслив, Виктория пришла к выводу, что и Дейкин рассчитывал на то, что она привлечет Эдварда к выполнению задания.
Вечером молодые люди вновь вышли на прогулку – на этот раз по саду консульства. По настоянию миссис Клейтон, Виктория накинула поверх легкого платья шерстяной жакет. Ночь была чудесной, но увлеченные разговором молодые люди даже – не замечали этого.
– Все началось проще некуда, – сказала Виктория. – В мой номер – это было в «Тио» – вошел мужчина и умер там. Он был заколот кинжалом.
Эдварду это событие, видимо, не показалось столь банальным, потому что он с явным изумлением переспросил:
– Простите?
– Заколот кинжалом. Если бы его застрелили, я бы слышала выстрел. Во всяком случае, он был убит…
– Был убит и вошел к вам в номер?
– Не прикидывайтесь идиотом, Эдвард. Виктория рассказала приключившуюся с ней историю, не слишком, к сожалению, вразумительно, потому что правда всегда давалась ей с трудом. Вполне реальные события выглядели в ее рассказе чистейшей выдумкой.
– Вы себя хорошо чувствуете? – поинтересовался Эдвард, когда она закончила. – Не перегрелись на солнце?
– Конечно, нет!
– А то, знаете, все это кажется не слишком правдоподобным…
– И тем не менее, – чуть обиженно сказала Виктория, – именно так все и было!
– Но ведь все это не может быть правдой! Вся эта всемирная организация, тайные приготовления где-то в Тибете или Белуджистане – это же взято из какого-нибудь романа! Такого не бывает!
– Вы так думаете?
– Вы просто потешаетесь надо мной, Виктория! Вы же все это выдумали!
– Нет! – яростно выкрикнула девушка.
– И вы хотите меня убедить, что приехали сюда, чтобы отыскать каких-то Лефаржа и Анну Шееле…
– О которой вам и самому приходилось слышать. Ведь ее имя упоминалось при вас! Так это или нет?
– Упоминалось, это верно.
– Где и кем? В «Оливковой ветви»?
Эдвард на мгновенье задумался, а затем проговорил:
– Не думаю, чтобы это могло что-то дать… Все это так странно…
– Все равно, рассказывайте!
– Восхищаюсь вами, Виктория. У меня нет вашей сообразительности, вашего умения схватывать все на лету… Я чувствую, что что-то не так, но объяснить, откуда взялось это ощущение, мне…
– Не переживайте! Мне это знакомо. Такое же ощущение бывало и у меня… Ну, например, когда я увидела сэра Руперта на террасе «Тио»…
– Сэра Руперта?
– Да, сэра Руперта Крофтона Ли. Он летел тем же самолетом, что и я. Очень холодный и сдержанный, знающий себе цену человек Вы, конечно, знаете о нем, хотя бы понаслышке… Короче говоря, когда я увидела его сидящим на солнышке в «Тио», у меня возникло ощущение, что в этой картине что-то не так. Почему? Понятия не имею.
– Ратбон, насколько мне известно, приглашал его прочесть лекцию в «Оливковой ветви», но ничего, в конце концов, не вышло, и вчера утром Крофтон Ли улетел. В Каир, по-моему, или в Дамаск.
– Вернемся, однако, к Анне Шееле!
– Вы стоите – таки на своем!.. Ладно, насколько я помню, это имя я слышал от одной из наших девушек.
– Катрин?
– Дайте подумать! Может быть, и от Катрин…
– Уверена, что от нее! Поэтому вы так и мямлите!
– Да не сходите же с ума, Виктория!
– И что же она сказала об Анне Шееле?
– Она разговаривала с другой нашей девушкой и сказала ей: «Когда приедет Анна Шееле, дело пойдет вперед. Распоряжения мы будем получать от нее.., и только от нее».
– Но это ведь очень важно, Эдвард!
– Спокойствие! Я ведь даже не уверен, что правильно расслышал названное ею имя.
– Вам их разговор не показался сразу же несколько странным?
– Да нет, не показался. Я просто решил, что они ждут приезда какой-то дамы, которая начнет сама заправлять нашим богоугодным заведением, вот и все!.. Вы все-таки уверены, Виктория, что вся та история вам попросту не приснилась?
Взгляд, брошенный девушкой, заставил Эдварда мгновенно пойти на попятную.
– Ладно, ладно, считайте, что я ничего не сказал!.. Только согласитесь, что все это здорово напоминает приключенческий роман! Человек, появившийся у вас в комнате как раз вовремя, чтобы произнести два слова и умереть! Сознайтесь, что уж этого-то на самом деле не было!
– Вам бы самому увидеть всю эту кровь…
– Я вижу, этот случай основательно потряс вас…
– Еще бы! А вы теперь начинаете доказывать, что все это выдумка!
– Извините, Виктория. Это все потому, что я ведь знаю, как вы сильны в выдумках: епископ Ллангоу и все такое прочее…
Виктория пожала плечами.
– Ну, то было просто озорство, а сейчас речь идет о серьезном деле…
– Вы полагаете, этот.., как его… Дейкин знает, о чем говорит?
– Наверняка. Но скажите, Эдвард, откуда вы узнали…
Голос с балкона прервал их беседу:
– Ну как, молодые люди, нагулялись уже? Ужин ждет вас!
Повернув голову, Виктория увидела стоящую на балконе миссис Клейтон.
– Идем уже!
Молодые люди вошли в дом.
В этот вечер сон не шел к Виктории.
Она приехала в Багдад, чтобы найти Эдварда. Ценой немалых усилий ей удалось добиться своего. Однако теперь, когда цель была достигнута, энтузиазм несколько спал.
Отчасти виноват в этом был сам Эдвард, похоже, так до конца и не поверивший в реальность ее приключений. А ведь все было правдой! Она, Виктория Джонс, неприметная лондонская стенографисточка, оказалась на Востоке, почти на ее глазах был убит человек, она стала чем-то вроде секретного агента и в довершение всего отыскала своего любимого в райском саду, расположенном, кстати, совсем неподалеку от того места, где в первые дни после сотворения мира находились сады Эдема.
В памяти всплыли слова детской песенки:
И вот теперь она была почти что в Вавилоне – да еще и с Эдвардом! Кстати, о чем это она хотела спросить его в саду, когда их позвала миссис Клейтон? Начисто вылетело из головы, но надо будет обязательно постараться вспомнить.., это было что-то важное… Эдвард… Анна Шееле… Руперт Крофтон Ли.., тут тоже что-то не так…
Только что именно? И в этом надо разобраться.., а еще Лефарж… Катрин… Катрин и Эдвард.., ну, это уже чушь. Виктория уснула беспокойным сном.
Миссис Клейтон повернулась к Виктории.
– Еще чуточку кофе?
– С удовольствием.
– У вас усталый вид. Не заболели?
– Нет, нет. Просто не выспалась. Столько новых впечатлений, что невольно одолевает бессонница.
В этот момент Джеральд Клейтон включил радиоприемник. Заканчивалась передача последних известий.
«Вчера вечером премьер – министр доложил палате общин подробности нового плана ограничения импорта.
Согласно сообщению из Каира, труп сэра Руперта Крофтона Ли был обнаружен в водах Нила…».
Виктория поставила чашку на стол, а миссис Клейтон негромко вскрикнула. Голос диктора продолжал:
«Сэр Руперт, прилетев два дня назад из Багдада, остановился в одном из лучших каирских отелей. В первый же вечер он вышел на прогулку и не вернулся. Как показал осмотр тела, сэр Руперт не утонул, а был убит ударом кинжала в сердце. Исследования Китая и Белуджистана принесли сэру Руперту мировую известность, он был автором многих книг…»