— Ну… В общем да.
Влада ее ответ отчего-то взбудоражил.
— Пойдем, я покажу тебе кое, что! — выпалил он, и даже не набросив плаща, чуть не выбежал из грота.
Дея последовала за ним, дивясь такой перемене. Она никак не ожидала от него этакой пылкости и приятно удивилась, отметив, что сдержанность и отстраненность, возможно, напускные, а в действительности он может быть очень даже импульсивен.
Покинув уютный и теплый грот, они направились вглубь сада. Он оказался довольно запущенным, дорожки никто давно не расчищал, ветви разросшихся деревьев были спутаны, и Дея чуть было не порвала платье, продираясь сквозь них. А еще, повсюду были те самые черные птицы, похожие на воронов.
Но вот бурелом закончился, и они вышли на небольшой пяток расчищенной и ухоженной лужайки, посреди которой возвышалась своеобразная конструкция, из четырех зеркал образующих куб, причем все зеркала были развернуты внутрь этого куба.
— Это, что еще за инсталляция? — сорвалось у Деи с языка.
— Инста… что?
— Не важно, — отмахнулась девушка, напомнив себе, что при разговоре с Ведом, должна взвешивать каждое слово.
— Я сейчас работаю с упорядочиванием энергии при помощи зеркал, — говорил он голосом полным жизни.
— Ты экспериментируешь со временем? — поразилась Дея.
— Почему ты так решила?
— Потому, что я где-то слышала о том, что время — это своего рода энергия. А все, кто пытались ставить эксперименты с ним, использовали зеркальные комнаты и коридоры. Твое сооружение вызвало у меня такие ассоциации, только и всего.
— Только и всего, — задумчиво повторил Влад.
— Я могла тебя неправильно понять, разъясни, — попросила девушка.
Вед пристально посмотрел на нее. Так поразившая ее бурливость чувств сменилась сдержанной настороженностью, но разъяснения он все же дал.
— Мое изобретение показывает прошлое, но очень выборочно, да и настраиваться чрезвычайно сложно, к тому же на эту работу тратиться непозволительно много энергии. Я однажды отключился, пока просматривал одно видение и в себя пришел только часов через пять. Но сегодня мы не будем искать волну, а посмотрим то, что у меня уже есть.
Дея чуть было не спросила, все ли Веды занимаются такими научными изысканиями, но вовремя опомнилась. Скорее всего, каждый житель Багорта в курсе чем занимаются Веды. А может это строжайший секрет и она сейчас находится в святая святых?
«Как же трудно скрывать, что ты прибыл из другого мира», — подумала она, но вслух спросила — У тебя, что же собрана уже целая коллекция видений из прошлого?
— Да, но механизм их сохранения пока тоже не до конца отлажен. В общем, тут еще работать и работать. Пока что я настраивался только на то, что уже было, но в планах раздобыть секрет, позволяющий приоткрыть завесу будущего. Ведь если я могу заглянуть в прошлое, то и в будущее тоже стоит попробовать.
— Не стоит, — серьезно отрезала Дея.
— Отчего же? — удивился такому скепсису Влад.
— Прошлое уже не изменишь в отличие от будущего. Зачем смотреть на то, что еще может и не произойти?
— Затем, чтобы знать, что это может произойти, и быть готовым.
— Один мой хороший знакомый говорил, — «думать о будущем — страдать заранее».
— Почему именно страдать? Может то, что нас ожидает, принесет радость.
— Когда люди ожидают приятных событий, они к ним морально не готовятся, они просто ждут их с нетерпением.
— Это весьма спорный вопрос, как и все философские вопросы и мы непременно его обсудим, но не сейчас. Сейчас мы пойдем смотреть историю Багорта, — провозгласил он и протянул ей руку, чтобы сопроводить к тайне тайн.
Дея прикоснулась к его ладони, ощутив легкое покалывание, но стоило им приблизиться к зеркальной конструкции, как по ее пальцам пробежала судорога, словно она воткнула их в розетку. Непроизвольно одернув руку, она вопросительно посмотрела на Влада.
— Извини, — смутился он, — немного волнуюсь, я еще никому не рассказывал о своем изобретении и уж тем более не показывал, как оно работает.
— Почему решился показать мне?
— Мне кажется, ты сможешь оценить… И… Не важно. Просто хочу поделиться этим.
— Я польщена, — она поймала его недоверчивый взгляд. — Нет, правда, я просто не понимаю, почему я. Сотни людей многое бы отдали за возможность, посмотреть на твое изобретение, а ты решил показать его недообразованной девчонке.
— Образованность и врожденная пытливость ума — не одно и тоже. И потом ты забыла, что меня люди не особо интересуют.