-Ээ…он бросил ее из-за гормонального всплеска, а не из-за меня. – Лена повернулась и попросила у бармена еще коктейля.
Парень в этот момент куда-то смылся, но Лена почти сразу же забыла о его существовании. Она выпила еще один коктейль, потом снова пошла танцевать. Свет менялся с розового на синий, с синего на зеленый, с зеленого на белый. Она почувствовала, как ей сложно стало стоять на ногах, поэтому вернулась к барной стойке.
-Еще коктейльчик? – спросил ее бармен, но Лена отрицательно покачала головой.
Она прислонила свою голову к холодной поверхности стойки. Первое наваждение прекрасного прошлого, и она желала только том, чтобы музыка перестала так громко играть. Она поморщилась от раздражения. Ей захотелось спать. Но нельзя же было спать здесь! Нет!
Появилось такое чувство, будто в ее уши воткнули вату. И через эту вату она услышала голос:
-Сколько она выпила?
-Ну точное число не скажу, но больше семи точно. – отвечал бармен.
Лена оторвалась от стойки и ее взгляд натолкнулся на Шинковского. Он стоял рядом с ней в своей джинсовой куртке на распашку, в черной футболке и черных джинсах.
«Зачем ты надел черное? Это ведь мой любимый цвет! Ты хочешь, чтобы я ненавидела его?» - подумала Лена.
Шинковский посмотрел на нее, и Лена зажмурила крепко глаза, решив, притвориться спящей.
-Ты издеваешься надо мной? – услышала она его голос.
Ругаясь про себя, Лена открыла глаза и оторвала голову от стойки. Она приняла на себя радостно-пьяный вид и улыбаясь глупой улыбкой сказала:
-Здрвствствст…Привет! – произнесла она. – А что ты тут делаешь?
-Что случилось? Что ты тут забыла? – воскликнул он.
-Пью и утопаю. – ответила Лена и обратилась к бармену. – Еще коктейль, пожалуйста!
-Не надо коктейля! – резко сказал Шинковский.
Он кинул на стойке купюры и, сказав, что сдачи не надо, схватил Лену за руку и потащил куда-то. Скорее всего к выходу.
-Перестань! – выдернула свою руку Лена.- Я хочу танцевать!
Она топнула ногой и спряталась быстро в толпе. Лена надеялась скрыться в толпе от него. Она медленно передвигалась между людьми, планируя дойти до женского туалета и спрятаться на время там, чтобы обдумать свои дальнейшие действия. Но выпитые коктейли все-таки дали о себе знать. Она не смогла сделать ни шага, чтобы ни пошатнуться и на кого-то не наступить или кого-то толкнуть. Лена остановилась. Ее голова отказывалась ей подчиняться, а вместе с головой и все остальное. Она тяжело подняла руки и прижала ладони к лицу.
-Тебе плохо? – услышала она голов и моментально отдернула руки от лица.
Шинковский нашел ее в толпе, причем эта толпа как будто специально танцевала, образовывая вокруг них некое пространство.
-Мне прекрасно! – вновь нацепила на себя глупую улыбку Лена. – Не понимаю, почему я раньше никогда не ходила в ночные клубы! Теперь я буду раньше это делать!
Лена принялась танцевать. Точнее попыталась, потому что со стороны это выглядело неимоверно глупо. Но она вела себя, как пьяная глупышка, что полностью соответствовало ее образу. Шинковский смотрел на нее, и невозможно было понять, о чем он думает. Вдруг Лена непонятно как умудрилась споткнуться. Она полетела вперед, и он подхватил ее. Их лица оказались в пару сантиметрах друг от друга.
-Что произошло? – прошептал он, и она услышала.
Ее «глупость» улетучилась. Он увидел, как она погрустнела, как ее некогда чистые черные глаза стали мрачными, словно в них затесались тучи.
-Ничего. – произнесла она, грустно, но искреннее улыбнувшись. – Я не поеду с тобой никуда.
-Почему? – спросил он, но в его голосе даже не было особого удивления.
-Просто ты смог возвыситься и стать чем-то незыблемым, а я так и осталась капелькой. – сказала она.
-Что? Что ты за бред несешь? – произнес он на этот раз на самом деле удивившись.
-Я могла бы рассказать тебе стишок, но это было бы слишком очевидно. – сказала Лена.
Вдруг она наклонила лицо вперед, и он замер. Его зрачки расширились. Лена поцеловала его в щечку, обернулась и ушла. Наверное, именно в этот момент он все понял. Понял, что она все знает. Понял, что она хотела сказать этими словами. И понял, почему она так странно себя повела.
Она уходила, а он не стал догонять.
«Ей надо побыть одной».
Он смотрел ей вслед, в ее обнаженную спину, и его янтарные глаза, наверное, впервые за долгое время наполнились грустью.
На улице ей стало легче. Она вдохнула холодный воздух, и постепенно ее разум прояснялся.