-Я не использую тебя. – спокойно сказал Шинковский.
-Зачем ты заставил Кузнечикова совершить самоубийство?
-Лена, перестань меня перебивать! – зло выкрикнул он. - Мне нужно было что-то, что заставило тебя бы остаться. Мне нужно было разобраться с тобой: почему на тебя не действуют мои внушения. И я решил убить его.
Шинковский сделал пятый шаг и оказался под солнечным лучом. Вдруг кожа на его лице, шее и руке начала краснеть, а он отшатнулся от света назад в сторону тьмы. Лена увидела, как на его лице возникают раны от ожогов. Он поспешно отвернулся, но Лена успела увидеть его удивленное выражение лица. Она воспользовалась этим и выбежала из церкви.
Лена села в машину к дяде Саше и Лене.
-Ну как? Исповедовалась? – спросил ехидно Леня на заднем сиденье.
-Езжай! – воскликнула Лена резко. – Ну же-ну же!
Дядя Саша завел машину, и они уехали поспешно от церкви. Лена смотрела в зеркало заднего вида и увидела возникший силуэт сзади них, выходящий из церкви. Лена попросила ехать дядю Сашу быстрее.
-Да что происходит? – воскликнул он, послушно увеличивая скорость.
-Я… я хочу заехать еще в одно место. Можно?- спросила Лена.
-Последнее за этот день? – спросил дядя Саша, тяжело вздыхая.
-Да. Это точно будет последним.
Но она оказалась не совсем права. Это было предпоследним местом. В полицейском участке сказали, что Коровина нет и что он взял отпуск и теперь отдыхает на даче.
***
Небольшие дачные дома были расположены в противоположном конце Еленинска. Лена постучала в дверь, и ей открыл Степан Олегович.
-Ну надо же, какие гости! – произнес он. – Не ожидал вас здесь увидеть, Елена. Проходи внутрь.
Лена вошла. Они сразу оказались в небольшой кухне. На столе была кучу пластиковых стаканчиков, а также маленькие пакеты с семенами.
-Выращиваете что-то? -спросила Лена.
-Да. Очень люблю это дело. Это так сказать мое хобби. – сказал Коровин. – Так что ты хотела?
-Я хотела поблагодарить вас. – сказала Лена, протягивая ему коробку шоколадных конфет. – Вы очень сильно помогали мне все это время. Простите, что не оправдала ваших надежд.
-Значит, уезжаешь?
-Да. – кивнула Лена.
-Что ж, - пробормотал Коровин. – возможно, это не так уж и плохо. А за конфетки спасибо! Право, не ожидал.
Он с приятной улыбкой взял конфеты и прошел вглубь кухни.
-Я хотел извиниться за свое поведение тогда. – сказал Коровин. – В полицейском участке, когда я допрашивал Мулова. Я боялся, что это может повлиять очень плохо на тебя, если ты вновь увидишь его. Поэтому я так себя повел.
-Я все понимаю. – сказала Лена. – Не стоит оправдываться. Да и вообще того не требует полицейский кодекс, чтобы посторонние присутствовали на допросе, не так ли?
-Ты права! – засмеялся Коровин. – Как хорошо, что ты все поняла. Мне бы не хотелось расставаться с тобой на грустной ноте.
-Я принесла вам не только конфеты. – сказала Лена. – Я принесла вам еще небольшой подарочек.
-Еще? Да ты задарить меня решила? – снова засмеялся Коровин.
-Для хорошего человека не жалко и кучи подарков. – улыбнулась Лена.
Она вытащили из сумки небольшой сверток. Это всего лишь была небольшая догадка. Поведение Мулова натолкнуло ее на это. Была вероятность, что он может оказаться другим, но все же…
Лена сняла быстрыми движениями упаковку и подняла зеркало. Выражение лица Коровина изменилось. Она хотела обмануть его, будто ни о чем не догадывается, и что это на самом деле случайный подарок. Но не вышло.
Он вмиг оказался рядом с ней, закрыл ей рот рукой. Зеркало разбилось рядом с ними на сотни разных осколков. Коровин потащил Лену в комнату. Она пыталась вырваться, но у нее ничего не вышло.
-Хитрая девчонка, ничего не скажешь! – шептал он ей. – Думаешь твои дружки тебе помогут? Я легко внушу им все забыть, и о тебе все забудут! Ты канешь в лету!
Лена вынула из кармана рукой чеснок и швырнула его в лицо Коровину. Тот отпустил ее и стал кричать. Его лицо начало покрываться пятнами. Лена побежала назад по коридору, но через пару мгновений Коровин догнал ее. Он вонзил свои клыки в ее шею посреди коридора. Жестко, очень больно. Сквозь закрытый его волосатой рукой Лена издала крик. Это было похоже на сдачу крови, только в тысячи раз больнее и тут никто не стремился сделать это быстро и безболезненно. В какой-то момент она упала на пол, и то только потому что сам Степан Олегович ее отпустил. Она лежала на полу и даже не могла пошевелиться. Она видела его клыки, его обезображенное лицо, его налившиеся кровью глаза. А еще она почувствовала запах гари.
-Чертов ублюдок! – взревел Степан Олегович.