Следы пальцев. Это были следы пальцев Кормака.
Ублюдок.
— Кормак, — прошептала я.
Это был первый раз, когда я произнесла его имя вслух.
— Кормак, — повторила я, голос стал сильнее. Увереннее. Злее.
Я знала его имя. Его преступления. И знала это благодаря Вэнсу. Потому что я поверила каждому его слову о моём нападавшем.
Между тем, он не говорил о своей семье. О своих друзьях. О своей работе. О своей жизни. Всё, чем он когда-либо делился, касалось Кормака.
У меня по спине пробежал холодок.
Кто такой Вэнс?
А вдруг я ошиблась? Он говорил, что он коп, но я никогда не видела его значка. Я даже не спрашивала.
Уинн никогда не выходила из дома без своего значка. Даже когда ехала к родителям на семейный ужин на ранчо, она всегда брала его с собой.
Я провела неделю в номере Вэнса, не увидев ни единого подтверждения его слов.
— О Боже.
Я обхватила себя руками, чувствуя, как кружится голова.
Всё, что он мне рассказывал, я скрыла от Уинн. Он просил держать это в секрете, и я согласилась. А вдруг я совершила огромную ошибку?
В тот день, когда я встретила Кормака на реке, я думала, что он просто поздоровается. Думала, что мы поговорим о погоде, а потом разойдёмся по своим делам. Думала, что ему можно доверять.
И я доверилась Вэнсу.
Поверила ему вслепую, потому что он говорил именно то, что я хотела услышать. Меня замутило.
— Ты такая идиотка, — выругалась я, глядя на своё отражение. Затем сорвалась с места, схватив ключи, и побежала в гараж.
И пока я ехала в полицейский участок, я притворялась, что не предавала Вэнса.
10. ВЭНС
Как только я переступил порог отеля, меня накрыло странное чувство тревоги. Всё утро у меня было неприятное предчувствие, с тех пор как я уехал из дома Лайлы.
Теперь оно развеялось.
Не потому, что мне стало легче, а потому, что я мог перестать бояться неизбежного.
У стойки регистрации стояла Уинслоу Иден. Её взгляд был прикован ко мне, пока я пересекал холл.
Рядом с ней Элоиза выпрямилась, её глаза сузились. Джаспер застыл с каменным лицом, сжав кулаки. Он выглядел так, словно был готов встать перед женой и защитить её от опасности. Снова.
Что ж, не это ли было, блять, позором? Эти люди считали меня угрозой?
Когда до стойки оставалось десять шагов, Уинн оттолкнулась от её края и направилась ко мне. В чёрной рубашке и джинсах, с распущенными тёмными волосами, ниспадающими на плечи, она не должна была выглядеть пугающе. Но её значок был слишком заметен. Как и пистолет.
Эта женщина точно не боялась им воспользоваться.
Мы остановились на расстоянии трёх шагов. Она приподняла подбородок, чтобы удержать мой взгляд.
— Шеф Иден, — я слегка кивнул.
— Офицер Саттер, — её голос был холоден. Спокоен. И смертельно опасен.
Значит, она знала, что я коп. Это не стало сюрпризом, но всё равно, блять, было паршиво. Вот дерьмо.
— Думаю, нам стоит поговорить, — сказала Уинн.
Я бросил взгляд на камин и кожаные диваны в холле. Но, похоже, разговор здесь нас не ждал.
— Ваша машина или моя?
***
Через два часа после того, как я прибыл в полицейский участок Куинси, я встал со стула, и протянул руку через стол Уинслоу.
— Спасибо, что выслушала меня, — сказал я.
Она тоже поднялась, пожав мою руку с лёгким кивком.
— Лайла была расстроена, когда пришла сюда сегодня утром. Она заслуживает правды.
— Да. Если ты не против, я хотел бы сам рассказать ей.
— Сегодня, — Уинн приподняла бровь, словно предупреждая. Если я хотел быть тем, кто всё расскажет Лайле, время не терпело.
— Сегодня, — кивнул я, забирая пальто с задней спинки стула и натягивая его. Затем перекинул через плечо рюкзак, с которым ходил в горы.
Уинн не дала мне оставить его в номере. Вместо этого она привезла меня прямо в участок на своей неприметной служебной машине. Я был уверен, что она засадит меня в комнату для допросов, но вместо этого она не проявила ни капли милосердия и выбрала для разговора свой кабинет.
Только копы знали, что кабинет шефа или капитана хуже любой допросной.
На её столе лежала папка с моим именем, оставленная открытой так, чтобы я её видел. Но она не притронулась к ней с тех пор, как мы вошли. Наверное, потому что мы оба знали, что внутри.
Мои демоны.
Кормак. Та стрельба.
Вместо того чтобы перечислить, что ей известно, Уинн попросила меня рассказать свою версию и выслушала. А когда я закончил, она устроила мне разнос всех разносов.