– Ну и ладненько…
Алисино сердце замерло. Она догадалась? Поэтому хихикает?
После лекций по истории они покинули здание вуза. Мэйсон двинулась домой, а Робертс направила свои стопы к супермаркету возле дороги, решив, что должна что-то купить. Ей стукнет восемнадцать на следующей неделе, поэтому она пока не может покупать спиртное, да даже если бы и могла – не может же она появиться на пороге с бутылкой вина! Во-первых, она не пьет алкоголь (и не потому, что это незаконно – более смелые подружки давали ей пробовать, и ей просто не понравилось); во-вторых, он все-таки ее преподаватель, как она будет выглядеть? Однако воспитание подсказывало, что являться с пустыми руками неприлично. В результате Алиса подалась к полкам со сладостями. Как только она выбрала коробку конфет, то услышала знакомый голос из соседнего ряда. Она пошла туда и увидела Тома, брата Тамары, окруженного менеджером магазина и полицейским.
– Я не делал этого, клянусь! – кричал Том.
– Что происходит? – невзирая на природную застенчивость, встряла Алиса, приближаясь к группе людей. – Я знаю этого парня.
– Меня вызвал менеджер, – ответил полицейский.
– Этот парень – вор, – выделил менеджер слово «парень», словно оно ругательное или употреблено не верно. – Каждый раз, как он появляется, пропадают продукты!
Алиса вздохнула. Она знала, что Том – трудный подросток. Но способен ли он на воровство? Видимо, да.
– Алиска, – посмотрел на нее брат ее лучшей подруги, – я не делал ничего плохого! Я не ворую еду из супермаркетов вот уже три месяца! Правда! Я пришел купить орешков. – Он продемонстрировал несколько монет. Этого действительно хватит на маленький пакетик.
– Хорошо. – Алиса поверила ему и повернулась к офицеру. – Почему вы нас задерживаете в таком случае?
Полицейский облегченно выдохнул, поняв, что не придется работать, и сообщил:
– Вы оба можете идти.
Менеджер, однако, напрягся еще сильнее.
– Секундочку… три месяца? Но в прошлый раз я поймал тебя четыре месяца назад! Я точно помню, это было в июне!
Глаза Тома забегали.
– Э-э… Наверно, я ошибся… Да-да, я имел в виду четыре месяца!
Для Алисы было очевидно, что он лжет. Для менеджера – подавно.
– Так-так-так, маленький говнюк, отвечай: что ты свистнул в прошлый раз?
– Всего лишь булочку! Одну! Клянусь! – Том повернулся к Робертс. – Алиска, это правда! Маленькую булочку!
Алиса, вздохнув, заявила:
– Я думаю, он не врет, учитывая, что пропажу вы до сих пор не заметили! Вот что мы сделаем. Я заплачу за украденную булочку и вот за эти конфеты, а Том заплатит за орешки, и мы уйдем. Договорились?
Менеджер с недовольной миной кивнул и направился к кассовому аппарату – проследить, чтобы соглашение было выполнено.
На улице Алиса взяла Тома за руку.
– Доведу-ка я тебя до дома.
– Я не ребенок, Алиска! – Том скривился.
– Мне придется это сделать. Твоя сестра – моя лучшая подруга.
Тамара сама открыла дверь и весьма удивилась такому сюрпризу.
– Че это вы ходите парой?
– Ты ей скажешь? – Алиса изогнула одну бровь, глядя на пацана.
Том понял, что имелось в виду «или скажу я», и понуро кивнул. Рассказ он закончил фразой: «Только не говори родителям!» После этого все трое отправились в спальню Тамары делать домашку (что касается Тома, он, как всегда, просто слушал взрослые разговоры).
Тамара заметила коробку конфет, за которыми Алиса аж отправилась в магазин, а не заказала на дом, как делают все обыкновенные люди, и заинтересовалась, кому она их купила – ведь явно хотела скрыть от родителей.
– Себе! – снова солгала девушка и зарделась.
– Ага, я вижу, что врешь!
– Не совсем, я ведь тоже их буду есть!
– Тоже? С кем?
Блин! Она проговорилась! Ну и что теперь?
Робертс пришлось все рассказать своей настырной и любопытной подруге (вот в кого Том-то, оказывается).