Эмили улыбалась, слушая мудрые сентенции своей няни.
– Вау, Сьюзи, тебе отлично удается рассказывать что-то и объяснять. Тебе надо было стать учительницей – вместо нашей классной. Она мымра… Ой, или психологом! Правда, они все странные… Из тех, что я видела. Короче, ты права, конечно, я реально согласна с тем, что ты говоришь, только вот, подумай, сколько лет будет Тайлеру, когда он поймет, что шлюхи не рулят? И прочие мужчины из твоей истории, сколько им? Тридцатник, сороковник? Они для меня старые. А я хочу парня сейчас, причем молодого, чтобы было о чем поболтать! Общие интересы и все такое…
Сьюзен сглотнула, услышав, что тридцатилетние для Эмили старые. А ей тридцать пять. Пора ползти в сторону крематория. М-да, Райан был прав, она слишком стара для этого.
Но Эмили-то не стара!
– Ладненько. – Сьюзен поднялась. – Пойду на кухню. Что ты хочешь на ужин?
Эмили была очень капризна в плане еды. И, сказать по правде, в плане всего остального тоже.
Как Сьюзен и предполагала, ей пришлось отправиться в супермаркет, потому что для названных блюд нужны непопулярные продукты, которых в доме обычно не бывает. Миссис Уоллес дала ей машину, так что времени это заняло немного. Приготовив ужин, Сьюзен снова зашла к Эмили.
– Слушай, – начала она прямо с порога, – по поводу Тайлера. Видела его сейчас в супермаркете и должна признаться, что ошибалась на его счет. То, как он обращался со своей сестрой, как нежно обнимал ее возле касс, купил ей что-то, чего она попросила… Это так мило. Может, он не так уж и плох. – Сьюзен переступила через порог, но тут заметила, как изменилось лицо девочки. – Что такое?
– У Тайлера нет сестры!
Сьюзен выглядела озадаченной.
– О… Я подумала… Они ведь так похожи. И цветом волос, и формой лица… – Сьюзен видела Тайлера на фотографиях с поездки, которые ей показывала Эмили. Каждое лето они отправлялись целым классом по разным местам.
Эмили подумала минуту.
– Черные волосы… Круглое лицо… Боже! Это ж Келли! Моя экс-ЛП!
Сьюзен, прожив с подростком под одной крышей уже год, знала, что ЛП – это «лучшая подруга».
– Милая, мне так жаль…
Эмили начала плакать.
– Я отменю наше свидание! Он козел! – прокричала она, вытирая соленые слезы, разъедающие нежную кожу щек. – Ты была права!
Сердце Сьюзен сжалось. Она знала, что врать – грех, но она лучше возьмет грех на душу, чем позволит молоденькой девушке совершить ужаснейшую ошибку.
* * *
Они сидели в спальне Эмили, пялясь в одну точку, уже довольно долго. Эмили устала плакать. Она наконец была готова к диалогу.
- Я не понимаю, почему это происходит. Почему приличные девушки, как ты или я, всегда одиноки, а такие, как Келли… Знаешь, у нее уже было три парня, а ей исполнилось пятнадцать всего месяц назад. Поэтому я перестала с ней дружить. Она не заслуживает счастья!
- Во-первых, - заговорила Сьюзен, - каждый заслуживает счастья, мы все дети Божьи. Во-вторых, не считай быть с кем-то типа Тайлера счастьем, впрочем, сейчас ты со мной не согласишься, но потом-то уж точно. В-третьих, я не могу дать тебе ответ на вопрос, почему мир таков, каков он есть, но знаю, кто может.
- Кто?
- Монахи. Они живут в Багровых Холмах. – Сьюзен слышала об этом месте от своих коллег, которые, в свою очередь, слышали от кого-то еще.
- Подожди-ка… Это не то ли место, где источники, которые якобы омолаживают?
Сьюзен пожала плечами. Ее коллеги ничего не говорили об источниках.
Девочка продолжила:
- Я слышала об этом от маминой подруги. Она там была прошлым летом, хотела вернуть молодость. – Эмили задорно прыснула, потешаясь над возрастной дамочкой.
- Наверно. И вот мои знакомые сказали, что у монахов есть сверхспособности, которые им даны свыше за постоянные молитвы и бесконечную доброту. Они могут увидеть жизнь любого человека от начала до конца, понимать, что за человек перед ними, какова его миссия и судьба. Эмили, они знают все о жизни и о мире! Люди меняются навсегда, раз их навестив.
- Давай тогда поедем к ним и спросим!
- Мы не можем. Встреча с монахами стоит очень дорого. Я слышала о цифре в миллиард объединенной валюты. Если слухи не врут, конечно. Потому что я не могу даже представить, кто может такое себе позволить. Твой отец никогда не купит тебе билет.