– Я все слышала! Вы говорили о Багровых Холмах. Я еду с вами.
– Нет, ты не едешь! – рыкнул Олсон и обернулся к Дарресу. – Когда все будет готово?
– Дам тебе знать.
С этими словами Даррес сделал несколько шагов, собираясь уйти, но был остановлен Алисой.
– Стойте! А как насчет моих фотографий? – Она достала из кармана доисторическую флешку, видимо, найденную в коробке старых вещей ее родителей, и протянула ее мужчине со шрамом.
– Прости, девочка, мне нужны профессиональные снимки.
– Знаю, не тупая.
Даррес взял флешку со смешанными эмоциями, расписанными по его лицу.
– Рикки, сынок, мы об этом не договаривались! Если ты берешь с собой еще кого-то, ты должен был сразу…
Ричард прервал поток ненужных слов:
– Я никого с собой не беру! – Со злостью посмотрел на девушку. – Мисс Робертс, забирайте свою флешку и идите домой! Немедленно!
Алиса нахмурилась. Профессор никогда не называл никого из своих студентов по фамилии. Стало ясно, насколько он зол. Тем не менее она стояла на своем.
– Нет! Я еду с вами. Точка.
Даррес хихикнул.
– Ба! Вижу теперь, Рикки, почему ты не перезвонил мне тем вечером. Был занят. Ну и темперамент у девочки!
– Это не то, что вы подумали! – Алиса покраснела.
– Тем не менее ты нашел способ связаться со мной, – огрызнулся в свой черед Олсон.
– Конечно. Пришлось. Ладно, решайте пока, кто куда едет или не едет, а мне надо возвращаться в бар. – Он вернул флешку Алисе (она не хотела брать, потому он просто сунул ей в карман) и был таков.
Ричард в отчаянии провел ладонью по лицу и тихо молвил:
– Идем со мной.
* * *
Они были в квартире Ричарда. Алиса сидела на диване, а он ходил взад-вперед перед ней, эмоционально размахивая руками.
– Это безумие! Ты не можешь туда отправиться! Взять ребенка в Багровые Холмы!
– Я не… – попыталась Алиса вставить хоть пару слов, но ее тут же перебили.
– Дай мне закончить! Для меня ты ребенок, Алиса, как ты не понимаешь? Ты несовершеннолетняя, а я твой учитель, я ответственен за тебя! Я не могу подвергать твою жизнь опасности! Это тебе не Диснейленд, находиться там – преступление!
Олсон толком не знал, что такое Диснейленд: все они были разрушены после Великого Слияния, но выражение прижилось и все еще широко использовалось. Предположительно, Диснейленд – это парк, куда родители Прежних Времен часто водили своих детей повеселиться. Так что метафору, как он считал, он подобрал верную.
– Я знаю это, Ричард.
Он замер. Она впервые назвала его так. Но почему, во имя всего святого, она называет его так?! Он профессор! Он на тринадцать лет ее старше. И он… он… очень часто о ней думает.
– Алиса… Мне жаль, что я накричал на тебя, – смягчился Ричард и подумал: «О, эта девочка умеет манипулировать! Надо быть с ней осторожным». – Но, – продолжил он, – ты должна понять одну вещь. Для тебя – это игра. Для меня – поездка, в корне меняющая мою жизнь. И я готов на любой риск.
– Это не игра! – Она резко встала. – Хватит обращаться со мной как с ребенком или с тупицей. Я ни то ни другое. У тебя свои причины отправляться туда, а у меня свои!
– Какая в принципе может…
Она не дала ему закончить вопрос, спросив в лоб:
– Ты думаешь, что ты Сермондо?
Ричард замер в ужасе. Откуда она знает? Она ясновидящая, как те монахи? Или следила и подслушивала все его разговоры с того самого дня, как я произнес запрещенные слова, не заметив ее в дверях?
Эти мысли неистовым вихрем проносились у него в голове, пока она продолжала:
– Я много думала. Я прочитала все твои книги. Прослушала все лекции. Пришла к заключению. Думаешь, я дура, да?
– Ну… на самом деле я никогда не считал тебя глупой, Алиса, – ответил он осторожно.
– Спасибо.
– Просто я не верю, что ты принимаешь такие вещи всерьез. – Он сел на край письменного стола напротив стоящей Алисы и решился рассказать ей свою историю: о том, что в возрасте Алисы впервые познакомился с творчеством Сермондо, что никогда ранее не думал, что может питать такие сильные и странные чувства к написанному слову, которые при этом словами (как иронично!) даже примерно нельзя объяснить. О том, что целых тринадцать лет искал, изучал, анализировал и прославлял поэзию Сермондо, но о монахах узнал совсем недавно.