София, до того как стать миссис Робертс, была влюблена в своего учителя, профессора финансовой деятельности.
– Я пыталась сдерживать чувства так долго, как могла, – в очередной раз говорила ее мать, – но твой папа настолько умен, что все равно догадался.
– Ой, да ну, – весело фыркнул отец, – потребовалось всего два или три взгляда, чтобы тебя раскусить.
– Врешь, – ответила мать флиртующим тоном.
– Ты никогда не умела притворяться, Софи.
Оба засмеялись. Алиса широко улыбалась, глядя на них, чувствуя, как тепло разливается глубоко в сердце.
– Так или иначе, этот дурак тоже в меня влюбился, что могло привести нас к очень плохим последствиям. Ведь самым ужасным преступлением для преподавателя считается интрижка с его студенткой. Его могли уволить и разрушить репутацию. Сейчас, насколько знаю, все еще хуже. Учителей, замеченных в этом, заносят в черную базу работников, чтобы их даже надсмотрщиками за роботами-уборщиками не брали.
– Но вы ведь справились с ситуацией. Как?
– Просто справились, – пожала ее мать плечами и встала из-за стола, чтобы налить всем чаю.
Так как София не хотела продолжать историю, ее муж подхватил с того места:
– Мы хотели быть уверены, что предназначены друг для друга, что это судьба. Так что мы начали встречаться тайно, разговаривали, пытались узнать друг друга получше. Моя карьера как-никак стояла на кону. А когда мы были уверены, то пришли к ректору и сознались во всем.
Алиса уже знала конец истории, потому произнесла:
– И он благословил вас.
– Типа того, – пожал ее папа плечами.
– Как оказалось, – продолжила миссис Робертс, ставя дымящиеся чашки перед мужем и дочерью, – жена ректора была когда-то его студенткой, так что он был на нашей стороне. Впрочем, в его времена правила были еще мягче, но тем не менее. И тем более его подкупила наша честность, никто ведь даже не догадывался.
– Но вы же не знали, что так выйдет, вы не знали про его жену. Почему вы не побоялись?
– Ну… мы знали, что все хорошо кончится.
– Откуда вы могли это знать? – Алиса почти кричала. Ей казалось, что они с ней не до конца откровенны.
– Оттуда, что самой судьбой нам было уготовано быть вместе до конца наших дней. – Ее мать с удовлетворенным выражением лица сделала глоток крепкого чая.
– Но вы этого не знали, пока не прожили вместе достаточно долго! Потому в итоге и поняли, так?
– Нет, мы знали еще тогда.
– Но откуда?!
– Софи! – одновременно с восклицанием Алисы мистер Робертс одернул любимую жену. – Ты слишком много болтаешь…
Мать вновь повернулась к дочери, никак не среагировав на замечание мужа.
– Алиса, какая муха тебя сегодня укусила? Ты столько раз просила рассказать эту историю, но никогда не была настолько въедлива. Давай сменим тему. Как учеба?
Как учеба?! Это что-то новенькое. Ее мать тоже задала непривычный вопрос, как и ее дочь. И Алиса поняла почему.
– Боже мой! – Она импульсивно вскочила, перевернув табуретку. – Вы были в Багровых Холмах, не так ли? Вы говорили с монахами!
– Ну… э… – Ее родители переглянулись, выпустив на волю кучу междометий. – Это было двадцать лет назад! – наконец сказала ее мать. – Тогда это не было преступлением. И это было бесплатно.
– Не считая трехдневного карабканья по холмам и горам, – пробубнил недовольно себе под нос мистер Робертс, вспоминая.
– Но почему вы скрывали все это время?
– Потому что стыдились!
Алиса снова села, и все трое уставились в столешницу, просидев так в молчании несколько минут. Наконец Алиса уточнила:
– То есть монахи сказали, что вам суждено быть вместе до конца ваших дней?
Мать улыбнулась и кивнула.
– Ага.
В ту самую минуту Алиса поменяла свою мнение относительно Багровых Холмов. Это место не только для преступников и будущих террористов, как думали Мэйсоны. Это место, где люди могут получить ответы.