«Что со мной происходит?!» - удивлялся он. Он же мужчина! Мужчины не плачут – так всегда говорил его отец. И тем не менее каждое слово, каждая строчка сермондовских поэм и стихов трогала его душу так глубоко, что он не мог остановить слезы.
Олсон посвятил следующие десять лет изучению творчества этого поэта. Он постоянно организовывал экспедиции и посетил в итоге десятки музеев и библиотек, которые не были разрушены в период гонений. Он прочел каждую версию биографии Сермондо, которую смог найти. Он собрал по кусочкам все его творчество и биографию и издал одним томом – за собственный счет. Также он переговорил со всеми оставшимися в живых учителями литературы, которые вели свою деятельность в Прежние Времена. К сожалению, многие отказывались верить, что времена изменились, и боялись говорить с ним. Они видели в нем шпиона, посланного новым правительством. Однако ему удалось разжиться какой-никакой информацией.
Тогда Ричард стал читать лекции ради прославления Сермондо, на которых делился всем, что успел выяснить сам. Там-то и открылся его талант хорошего преподавателя, и вскоре ему предложили работу в Университете Культуры Прежних Времен. Ему было всего тридцать.
Первый год он наслаждался новой работой. Правительство изменило свой курс и теперь активно пропагандировало любовь к Прежним Временам. Кстати, именно правительство основало этот вуз и финансировало его. Так что профессора могли открыто просить что-то для учебы – и получать это.
Когда начался новый учебный год, Олсон и сам попросил денег на свою новую экспедицию. Маршрут пролегал мимо Багровых Холмов, но он тогда этого не знал и был весьма удивлен новости о том, что двое агентов Объединенной службы безопасности (или ОСБ) должны следовать за ними всю поездку. Профессор Даррес, тоже отправившийся в экспедицию, шепотом объяснил Ричарду, что это связано с Багровыми Холмами.
- Да что это за холмы такие? – спросил он с недоумением.
Даррес шикнул на него, чтобы понизил голос, и таинственно произнес:
- Узнаешь.
Так Олсон понял, что с этими холмами что-то не так.
Они путешествовали сначала самолетом, затем перенесли на сверхскоростной поезд. В окна Олсон наблюдал красивую местность, в центре которой располагалась гора, окруженная множеством холмов живописного красноватого оттенка. Несмотря на то, что цвет объяснялся залежами железной руды, это выглядело сказочно, как в каком-нибудь фэнтези. Холмы почти не имели растительности, хотя рядом с ними, со стороны железной дороги, земля была зеленой, с яркими мелкими полевыми цветами. Олсон раньше не был в этой части планеты, поэтому был поражен великолепием открывшегося места и не отводил глаз от окна.
- Этой горы нет на карте, - сказал он удивленно мистеру Дарресу. Ричард был прилежен во всем, что касалось его работы и экспедицией, поэтому всегда тщательно изучал местность перед прибытием. – Почему?
Его спутник вместо ответа показал глазами на агентов, которые последовали за ними даже в купе.
Внезапно один из агентов подал голос:
- Это строго засекреченная территория, мистер Олсон. Вот почему Багровых Холмов нет на вашей карте. – Он взял короткую паузу, затем добавил: - Но они есть на моей.
Что это было? Агент хотел показать Ричарду, что тому следует смотреть на него снизу вверх? Бояться, благоговеть, уважать? Ричард сморщился и вновь повернулся к окну.
Когда экспедиционная группа проехала таинственные красноватые холмы, агенты ОСБ вышли из купе. Может, это было связано с тем, что ни один из профессоров не выпрыгнул на ходу из поезда, чтобы незаконно попасть на закрытую территорию, и, так как поезд двигался дальше, угроза такого поведения исчезла и они считали свою работу выполненной? Неизвестно. Но таким образом Олсон и Даррес остались в купе одни. Остальные члены экспедиции занимали два других купе этого же вагона.