- Но как же Ба… - Том осекся и посмотрел на потолок, будто ожидая разглядеть по углам маленькие камеры или «жучки». – Я имею в виду… место, куда мы едем.
- Я знаю, как добраться до… ты знаешь… от Радоус. Так что теперь можем просто отдыхать.
Глава 16. Миссис Мэйсон. Змеев. Тамара.
– Миссис Мэйсон?
– Да.
– Мне нужно переговорить с вашим сыном Томасом. Вы знаете, где он?
Мужчина, позвонивший в дверь дома Мэйсонов, был из тех редких людей, которых ты просто не можешь не воспринимать серьезно. Будучи женой заместителя мэра города и тоже работая в администрации, миссис Мэйсон умела различать таких людей очень хорошо. На мужчине был строгий черный костюм, черные солнцезащитные очки и тонкая полоска усов, также черных. То, что она не может прямо смотреть в его глаза, тогда как он – может, заставило ее нервничать. Она сразу поняла, что он из ОСБ.
– Том в больнице, на лучевой терапии. – Подбородок миссис Мэйсон задрожал, показывая, что она собирается заплакать. Но она положила ладонь на него и сдержалась. – Мой сын очень болен, мистер… – Она дала ему закончить.
– Змеев.
«Ну еще бы», – поймала она себя на мысли.
– Мне нужно войти и задать вам несколько вопросов, – безапелляционным тоном заявил он. Понимая, что это приказ, она молча посторонилась, пропуская его в дом. – Миссис Мэйсон, я знаю, что ему назначено к семи. А где он был до этого?
– Почему вы спрашиваете? Что он натворил? – Так как Змеев молчал, она решила сперва ответить на его вопрос, чтобы не злить его. Иногда люди на секретной службе просто не могут делиться информацией. Работа у них такая, успокаивала себя она. – Обычно у него уроки с десяти часов и приблизительно до двух, иногда до трех. После школы, думаю, он пошел к друзьям. А к семи должен был приехать в клинику.
– Что значит: «приблизительно», «должен был», «думаю»? Миссис Мэйсон, как так получилось, что вы не уверены, как ваш сын проводит свой досуг? Особенно когда у него такой страшный диагноз – опухоль головного мозга? Единственное заболевание, наряду с аллергией, которое до сих пор наша современная медицина не способна вылечить? Не должны ли вы были сами отвезти его в больницу?
Она открыла рот – одновременно и от возмущения, и от изумления. Он знал все! Откуда? Почему? И как он смеет так с ней разговаривать и учить ее, как ей воспитывать собственное дитя?
– Я работаю почти каждый день, мистер Змеев. Том – большой мальчик и очень независимый. Он не любит, когда кто-то сует нос в его жизнь. Он чаще общается с Тамарой, нашей дочерью, чем с нами. И кстати, мой муж сегодня должен забрать его из клиники по дороге с работы.
В эту секунду зазвонил ее телефон. Это был мистер Мэйсон, который сообщил, что Тома не видели сегодня в больнице и его мобильный отключен.
Она была в ужасе.
– Боже! Тома там нет!
– Я знаю это, миссис Мэйсон. Поэтому я здесь, а не там.
– Мне нужно позвонить в школу… – Она начала тыкать в экран телефона, но пальцы дрожали и не попадали по нужным кнопкам, а про голосовой набор она от волнения забыла, однако агент остановил ее.
– В школе его тоже не было. Я уже проверил.
– Что?! – Она стала нервно выхаживать по холлу, непривычным жестом трогая волосы. – Вы знаете, мой мальчик всегда был трудным ребенком. Пару раз сбегал из дома… Боюсь, это приключилось снова.
– С таким диагнозом – не думаю. Он принимал таблетки? – Она кивнула. – Сколько осталось? Мы должны установить, на какое время он решил покинуть дом. Мы это вычислим, исходя из количества взятых с собой медикаментов.
– Я…
– Что? Дайте угадаю, вы не знаете?
Миссис Мэйсон открыла и быстро закрыла рот. Она хотела бросить ему в лицо какую-нибудь гадость в ответ, но понимала, что должна сдержаться. Впрочем, раболепствовать, сюсюкать и извиняться она тоже не собиралась, поэтому, собравшись с мыслями, строго ответила:
– Я же сказала, сыну четырнадцать, и он независим. Я полагаю, он сам способен контролировать прием лекарств.
– Огромное спасибо, теперь у нас нет никаких зацепок.
– Зацепок в чем?!
Снова не отвечая, агент достал фотографию мужчины лет шестидесяти со шрамом на щеке.