- Нет, я пожалуй ещё поработаю тут. Поделаю свою полицейскую работу.
- Ну как знаешь. И всё-таки было бы проще поехать на место.
- Слушай ты достал меня уже, я поеду туда, хорошо? Завтра же и съезжу, прилипала. А ещё меня дотошным считают. Не на того люди смотрят.
Но Боуль его уже не слышал, лишь тяжелый топот отвечал на бормотание Дэна.
***
- Смерть наступила около трёх часов ночи, в результате удара и черепной мозговой травмы - говорил рядом стоящий полицейский, какой-то новенький, кто совсем недавно окончил полицейскую школу. Вызов был ранний, людей было мало, вот и отправили самого молодого, к тому же это всего лишь авария со смертельным исходом.
Дэн не отворачивал взгляда от изувеченного тела друга. Боуль лежал лицом вперед, и было видно, что удар почти вмял его лицо внутрь. Ремень был не пристёгнут, поэтому шансов выжить у бедняги почти не было.
Толстяк и раньше любил водить на пьяную голову, но это было так давно, что казалось, уже ничего не заставит его вспомнить о былых заслугах. И о их первой встрече, когда нагло разговаривавший доктор, первых раз посидел за решеткой у своего старого друга. Эх, Боуль, как же так.
Хадсон проводил взглядом, труп. Машину почти не осматривали, оттуда шёл такой сильный запах перегара, что и так было понятно, отчего умер доктор. Хадсон осмотрел старый шевроле, ничего конкретного, что могло бы хоть как-то намекнуть на что-то иное кроме как несчастный случай. Затем он посмотрел на следы от колес. Тормозного пути не было, разогнавшийся док даже и не думал о торможении. Но он и два года назад не особо тормозил, нёсся как угорелый, не замечая знаков.
Ещё с утра Хадсон опросил троих свидетелей и все как один, говорили, что Боуль и вправду перебрал, но ушёл на своих двоих где-то к третьему часу ночи. Затем сел в машину и поехал в сторону дома. И вот, спустя пять минут, он уже торчит в дереве.
Да, мало было ему самоубийств, теперь ещё и несчастный случай. Ох, Боуль, дружище, что ж ты наделал, как же так. Дэн потрогал свое лицо, сухое, ничего не выражающее, начисто отвыкшее от каких-либо чувств. Был бы он женщиной может и поплакал бы, а так, лишь горечь как после дерьмовой сигареты. И сухая тоска. Боуль был другом, к тому же довольно старым.
- Бедняга док - послышался сзади голос Сэма Гордона - всё-таки зеленая свела его в могилу.
Сэм Гордон, он да Боуль, познакомились примерно в одно и тоже время. Ещё во времена учебы в школе, Боуль тогда не отличался примерным нравом, и Гордон периодически вытаскивал его из клетки, после очередной пьянки. Своеобразная чехарда. И только став судмедэкспертом Боуль немного угомонился и весь ушёл в работу, став первоклассным специалистом в своей области.
И вот теперь смерть. Хадсон посмотрел на Гордона, было всё же приятно, что Сэм рванулся с утра на место, в последние годы они не особенно ладили.
- Что скажешь Ден?
- Пока не знаю, похоже, что несчастный случай. Ну, всё указывает на это.
- Неужели решил не расследовать - Сэм закурил сигарету и выпустил дым - видно всё-таки это судьба. Как не бейся всё к одному.
Хадсон не ответил. Ему не хотелось говорить, лишь побыть немного одному, отвлечься, занять каким-нибудь своим делом. Поэтому сев в машину, он отправился в больницу к Бон Жозе.
Еще на подъезде, он понял, что на клинику денег не экономили, огромные металлические ворота, сваренные из узорных прутьев, первоклассный газон, проглядывающий сквозь прутья окружающей клинику решетки, вооруженная охрана в почти парадной форме. Всё новое, ухоженное. И это касательно лишь антуража, сам же вид клиники и вовсе напоминал старинный особняк и с большими колоннами.