Я наблюдала, как он прикрывает глаза, а его лицо слегка искажается от недовольства. Он громко сглотнул и, распахнув глаза, произнес:
— Его запах все еще на тебе, — и снова скривился. — Не переживай, я что-нибудь придумаю. В любом случае, пока ты находишься здесь, ты в безопасности. Даже если о тебе кто-то узнает, они не рискнут сюда ворваться. Кьяран все-таки сын правителя, — проговорил он, продолжая сверлить меня недовольным взглядом.
— А как насчет его братьев и правителя? — все же заставила себя задать ему вопрос, хотя очень хотелось подскочить и отойти от него как можно дальше.
Никогда бы не подумала, что присутствие Браака может вызывать у меня такую тревогу. Странное ощущение не покидало меня. Казалось, я что-то упускаю из виду, но не могла понять, что именно.
— С ними не все так просто, — сказал Браак, вновь откинувшись на спинку скамейки. — Правитель точно не появится, а вот братья…
Его лицо исказилось, когда он произнес это слово, давая понять, что они ему не нравятся. Или за этим скрывалось что-то большее?
— Ладно! — неожиданно спокойно произнес он, поднимаясь. — Я постараюсь разобраться и с этим. А сейчас я, пожалуй, пойду.
Через мгновение я осталась одна.
Его визит только усилил мои переживания. Теперь я была уверена, что что-то произошло или происходит до сих пор. Если бы Браак вел себя как раньше, мои сомнения рассеялись бы.
Поднявшись, я направилась в свою комнату. Блуждать по башне в поисках Елены было бы неразумно, ведь существовала вероятность наткнуться на кого-нибудь другого. Поэтому, чтобы получить хоть какие-то ответы, мне придется дождаться ужина, который, кстати, уже скоро.
Глава 20
Когда Елена появилась в моей комнате, я сразу же вскочила с кресла и подошла к ней.
— Ты знаешь, что случилось с Кьяраном? — спросила я, пристально глядя на девушку.
На мгновение ее глаза расширились, но почти сразу на лице появилась маска безразличия. Она покачала головой, обошла меня и поставила на столик поднос с едой. Когда она обернулась, я вновь стояла перед ней, не отводя взгляда.
— Знаешь! — уверенно заявила я, понимая, что права.
Елена недовольно поджала губы, обошла меня и направилась к выходу.
— Моя жизнь зависит от него! — мой голос дрогнул.
Девушка замерла, едва прикоснувшись к ручке двери.
— Я должна знать, что с ним, — повторила я, чувствуя, как внутри все сжимается от безысходности.
Пусть вампир и был грубым, но он ясно дал понять, что не причинит мне вреда. Его планы на будущее пугают, но ситуация, в которой я оказалась по собственной глупости, согласившись пойти с ним в этот мир, страшит еще сильнее. Поэтому оказаться в постели с вампиром и в будущем стать матерью – в моем положении не самая страшная участь.
— Пожалуйста! — тихо произнесла я, глядя в спину Елены, которая, казалось, все еще сомневалась: стоит ли мне рассказывать.
Она повернула голову, посмотрела на меня через плечо и махнула рукой, чтобы я следовала за ней. И вышла из комнаты. Я поспешила ее догнать, опасаясь, что она может передумать.
Оказавшись в коридоре, я удивленно замерла, заметив Елену у дверей комнаты Кьярана. Девушка достала из кармана юбки ключ. Мои брови удивленно поползли вверх, когда она открыла замок и, распахнув дверь, первой вошла в комнату.
Я была в растерянности. Все это время Кьяран находился рядом, а я даже не предполагала этого. Но больше всего меня поразило то, что дверь была замкнута. Для вампира это не помеха, поскольку он может воспользоваться гранью. Значит, дверь запирали, чтобы я ненароком не вошла в комнату?
Я решительно вошла в комнату вслед за Еленой. Несколько шагов и я оказалась в просторной спальне.
Спальня Кьярана была оформлена в готическом стиле, как и остальные комнаты в башне. Я не удивлюсь, если весь замок выдержан в таких же мрачных тонах. Удивительно, но моя комната отличалась, словно ее создали специально для меня. Возможно, так и есть, ведь Кьяран говорил, что ждал целый год, чтобы забрать меня с собой.
В комнате преобладали темные цвета, а мебель была сложной и богато украшенной. Высокие потолки были отделаны резным деревом, а темные шторы висели на окнах, отбрасывая тени по всей комнате. У одной стены стояла большая кровать с высоким, замысловато резным изголовьем, а напротив — тяжелый деревянный комод и шкаф. Резной деревянный стол занимал угол, а мягкий свет бра освещал комнату.
Засмотревшись на интерьер спальни и погрузившись в свои мысли, я не сразу заметила, как Елена подошла к кровати и, замерев возле нее, стала пристально смотреть на что-то.