— Что ты имеешь в виду?
«Никто еще не мог справиться с ядом Иных».
— Тогда как?..
Я перевела взгляд с девушки на вампира. Неужели мне остается только ждать и надеяться, что он чудесным образом поправится? А как же я? Даже если Браак пообещал что-нибудь придумать, чтобы скрыть мой запах, я не могу сидеть сложа руки. Нужно что-то придумать!
Перед моим лицом возник блокнот. На первых строчках я даже не остановилась, но чем дольше читала, тем сильнее мои брови взлетели вверх.
— Год назад я впервые столкнулась с Кьяраном, — сказала я, всматриваясь в текст девушки, где говорилось, что после того, как вампир поднялся наверх, он вернулся практически здоровым. — На вечеринке, которую вы устраиваете каждый Хэллоуин. Я не хотела идти, но подруга настояла. Он хотел меня съесть.
С губ сорвалась усмешка. Я вновь ощутила горечь, понимая, что было бы лучше, если бы я осталась в том доме вместе с подругой.
В памяти вспыхнули воспоминания. Болезненный укус, несколько жадных глотков и… Взгляд вампира изменился, усталость исчезла. На ее месте появились удивление, растерянность и что-то похожее на радость.
— Он успел сделать пару глотков моей крови, прежде чем понял, кто я такая, — закончила я свой рассказ, больше не желая делиться с Еленой прошлым. Ей будет достаточно того, что я рассказала.
Елена вдруг вздрогнула и засуетилась. Она металась по комнате, открывая и закрывая ящики стола и комода, будто что-то искала, а после замерла на месте, словно о чем-то вспомнила, и исчезла.
Впервые за все наше общение я увидела, как она воспользовалась гранью. Я не понимала, почему она раньше ею не пользовалась. Ведь это гораздо проще, чем каждый раз подниматься по лестнице, чтобы принести мне еду.
Мои мысли прервала появившаяся девушка. Она была взвинчена. Идеальная коса растрепалась, в глазах дикий блеск. Когда мой взгляд зацепился за нож в ее руках, мои глаза увеличились от страха. Не зная, что она задумала, я отступила, внимательно следя за девушкой.
Видимо, она увидела страх в моих глазах, поскольку она немного виновато улыбнулась, положила нож на тумбу возле кровати и вновь взяла в руки блокнот. С неким любопытством я ждала, что же она напишет, и когда блокнот вновь оказался перед моими глазами, из меня вырвался нервный смешок.
— Но это могут быть только твои догадки, — нервно проговорила я, вновь вчитываясь в текст.
«Его Темнейшество должен получить вашу кровь. Возможно, это поможет».
Я задумалась над словами Елены. Действительно, в тот раз, когда вампир попробовал мою кровь, он изменился. Однако делиться своей кровью...
С другой стороны, Кьяран делал это каждый день на протяжении долгого времени, чтобы защитить меня. Почему бы мне не попытаться помочь ему? Но чувство неправильности и страх не давали мне покоя.
«Если хочешь остаться в живых, должна попытаться его спасти!» — прочитала я, когда перед моим лицом возник блокнот.
Я посмотрела на Елену. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего. Я словно услышала в голове ее голос и те самые слова, которые были написаны на блокноте.
— Ты мне угрожаешь? — решила я уточнить на всякий случай.
Она уверенно кивнула.
Я судорожно втянула в себя воздух. Девушка, которая помогала мне все это время, собирается стать моим врагом.
— Я попробую, но если ничего не выйдет, это не моя вина! — с раздражением проговорила я, чем заслужила понимающий взгляд девушки и уверенный кивок головы.
Глава 21
Я перевела взгляд на тумбочку, где лежал нож. Затем на Елену, потом на Кьярана и снова на Елену.
Волнение переполняло меня, и я с трудом сглотнула, не представляя, как все это осуществить. Мне совсем не хотелось причинять себе боль, но настойчивый взгляд девушки не оставлял выбора. Я вздрогнула, когда Елена прикоснулась ко мне, словно подталкивая ближе к вампиру.
Глубоко вздохнув, я сделала шаг к кровати и присела на ее край рядом с Кьяраном. Елена немедленно вложила мне в руку нож, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Опустила взгляд на лезвие — оно было небольшим.
Решила, что попробую помочь, но это оказалось гораздо сложнее, чем я думала. Прикусив губу от волнения, взглянула на вампира.
Он был бледен, кожа натянулась на скулах, будто обнажая его череп. Глаза были закрыты. Губы потрескались и слегка приоткрылись, едва обнажая зубы. Черты лица были неподвижны и расслаблены, словно он был абсолютно спокоен в своем бессознательном состоянии.
Перед моим взором возник блокнот.
«Порежь ладонь и поднеси ее к губам Его Темнейшества. После я обработаю рану, и от нее не останется ни следа».
— Не сомневаюсь, — фыркнула я, продолжая бормотать. — Но боль никто не отменял.