Неожиданно я ощутила неведомую силу, которая увлекала меня в бездну. Я не знала, что меня там ждет, но чувствовала: это мое спасение.
Парень, словно поняв, что я ускользаю от него, крепко обнял меня.
— Мы скоро встретимся, Катя! — прошептал он с нежностью, но с ноткой грусти.
Я распахнула глаза и… проснулась. Я сидела на кровати, тяжело дыша и испуганно озираясь по сторонам. Вокруг были родные стены моей спальни.
— Снова кошмар, — вздохнула я, постепенно приходя в себя.
Нежные прикосновения, тихий шепот, поцелуи... Я до сих пор чувствую, как мое тело горит от возбуждения!
Я встряхнула головой, откинула одеяло, встала и медленно пошла в ванную.
С той страшной ночи прошел год, но кошмары по-прежнему не оставляют меня в покое. Однако этот сон был особенным. Он не просто навеял страх, а словно бы предупредил о чем-то. В глубине души снова зашевелился давно забытый страх, и под лопаткой возникло неприятное ощущение.
Я открыла кран и плеснула в лицо холодной водой, но это не помогло. Я вздохнула, держась за край раковины. Сон был настолько реалистичным, что я до сих пор чувствовала прикосновения парня к своему телу.
Подняв взгляд, я встретилась со своим отражением в зеркале и вздрогнула от ужаса. Волосы были растрепаны, а губы опухли, словно от поцелуев.
* * *
После очередного кошмара я была подавлена, рассеянна, все валилось из рук. Это раздражало не только меня, но и окружающих.
— Катя!
От неожиданности я вздрогнула и обернулась на голос. Передо мной стояла Вика — управляющая кафе, в котором я работаю уже несколько месяцев.
— Я не понимаю, что с тобой происходит, но мне это совсем не нравится! — сказала она.
— О чем ты?
— Я хочу сказать, что ты сегодня какая-то странная. Ты и раньше была странной, но сегодня особенно. Все время молчишь, смотришь как-то необычно. Меня это пугает. Может быть, у тебя что-то произошло? Не хочешь рассказать, что с тобой?
— Со мной все в порядке.
Я уже давно поняла, что мои слова звучат как бред сумасшедшего. Поэтому лучше будет притвориться, что у меня все хорошо.
— Ты хочешь, чтобы я поверила тебе?
Она, вопросительно приподняла бровь.
Я пожала плечами. Мне безразлично, верит она мне или нет. Главное, чтобы не лезла с расспросами.
— Не хочешь говорить — не надо, — сказала Вика немного грустно, закончив на этом расспросы. — Тогда, может быть, тебе стоит пойти домой отдохнуть, а завтра с новыми силами вернуться к работе?
— А можно?
— Нужно, — сказала он, теряя ко мне интерес, — к тому же это лучше, чем ты будешь отпугивать клиентов своим поведением.
Выйдя из кафе, я вдохнула прохладный осенний воздух, наполненный праздничным настроением Хэллоуина. Прохожие суетились, торопясь купить что-то, что забыли или не успели. Помню, как год назад мы с Сашей выбирали наряд для праздника. Она с энтузиазмом сгребала с полок все, что связано с Хэллоуином. А я... Раньше этот праздник мне не нравился, а теперь я его ненавижу!
Я направилась к автобусной остановке. Сегодня у меня другие планы.
Я села у окна в маршрутке, вставила наушники, включила музыку и прикрыла глаза. На нужной остановке я вышла, от открывшегося пейзажа под лопаткой что-то заныло. Никогда не любила это место: столько горечи и боли!
У ворот я купила букет незабудок у бабушки, торгующей цветами. Затем поправила ремешок сумочки и пошла по знакомой тропе к могиле подруги.
В первые месяцы после случившегося я часто приходила сюда. До последнего не хотела верить в то, что произошло.
Пустая кровать в комнате, безмолвный телефон и тишина, которая раньше была для меня недосягаемой мечтой.
— Здравствуй, подруга! — печально сказала я, остановившись перед серой плитой, такой холодной и неестественной.
Положила на могилу ее любимые цветы и улыбнулась, хотя это было непросто. Не знаю, что говорят в таких случаях, но я не могла не прийти сюда в этот день.
Сегодня исполнился год, как ее нет рядом со мной. И год, как моя жизнь превратилась в подобие существования. Я больше не понимаю, где реальность, а где мои фантазии.
Очевидцы утверждали, что Саша сама ушла на вечеринку в ту ночь. Они также говорили, что накануне мы с ней поссорились. Я не могла это объяснить, но точно знала, что это неправда!
Мои слова не восприняли всерьез. Все решили, что я просто перенервничала. Психотерапевт пытался убедить, что моя история — плод воображения. Я и сама уже начала верить, что в ночь взрыва меня не было в том доме. Однако ночные кошмары и два небольших шрама на шее говорили об обратном.