А ведь его передернуло, понял, что за такое бывает.
— Принеси шляпу из моей каюты.
— Есть принести шляпу! — Только босые пятки сверкнули. И буквально через минуту:
— Приказ выполнен, вот ваша шляпа.
Да, учить его еще и учить. Но не сейчас.
Линч нахлобучил шляпу и поднял подзорную трубы. Так что там?
А там под всеми парусами, помогая себе веслами, шла генуэзская купеческая бригантина под охраной двенадцатипушечной шебеки, привычной в этих южных морях. Не бог весть какой конвой, но все же его достаточно, чтобы отбиться от большинства местных пиратов, не слишком искушенных в судовождении и страсть как не любящих объединяться. Зачем? Чтобы потом делиться? Или драться насмерть с уже бывшим партнером за только что захваченную добычу?
Вот и «Внимательный» рыщет в одиночестве. Единственное отличие от прочей пиратской вольницы — капитан. Обученный, опытный, получивший свой патент в самой Зеландской Юго-Восточной компании, предельно скрупулезно относящейся к высоким назначениям. Правда, в компании приходилось заниматься не захватом, а защитой кораблей, да и послужить там капитаном не получилось, последняя должность — старший помощник на таком же вот фрегате. Но у прочих разбойников и этого опыта нет. Догнать слабого, абордажной атакой вырезать команду — вот и все умение.
Напасть на сильного? Вот еще, кому надо рисковать без надежды на успех.
Ему надо, Линчу. И почему без надежды? Враг силен? Обмани, удиви, застигни врасплох! Тогда будет удача, победа, деньги! И авторитет у тунисских сорвиголов, уже сейчас прозвавших черноволосого кельта Барбароссой — то есть Рыжебородым, в честь одного удачливого мерзавца, державшего в страхе Средиземное море лет примерно сто тому назад.
Заслуженно, между прочим. Пока от легкого фрегата «Внимательного» никому не удавалось уйти.
— Ставить все паруса, курс на бригантину. Орудия готовить к бою, но порты не открывать. Абордажной команде и мушкетерам — приготовиться.
Приказано негромко, но этого хватило, чтобы все на корабле пришло в движение: ядра, книпели и картечь подняты из трюма и аккуратно сложены у у пушек, крюйт-камера открыта, пороховые обезьяны 7 стоят наготове; мушкеты, пистолеты разобраны и заряжены, абордажные крючья на своих местах. Дело за малым — вступить в бой.
А вот здесь торопиться не следует. Над «Внимательным» реет гордый стяг Кастилии, единственной страны на Средиземном море, именно сейчас ни с кем здесь не воюющей, бросившей все силы на подавление очередного бунта во Фландрии. И уж тем более не желающей ссориться с Генуей, у которой вот буквально недавно выкупила два пехотных полка, уже приступивших к наведению порядка в том горячем северном регионе.
Чем дольше на бригантине будут считать, что фрегат и впрямь кастильский, никому и ничем не угрожающий, тем ниже будет цена победы.
Морская погоня — дело небыстрое. Не меньше двух часов прошло до того момента, как корабли сблизились на дистанцию орудийного выстрела и как генуэзцы заметили на «Внимательном» суету, не свойственную добропорядочному мирному кораблю. А заметив, поприветствовали выстрелом кормовых орудий по парусам. Все правильно, достаточно их хорошенько повредить, а своим гребцам подналечь на весла, чтобы спокойно оторваться от преследователя.
Одна беда — повреждения оказались незначительными. Зато фрегат, довернув под ветер, открыл порты и дал полноценный бортовой залп. Дюжина двенадцатифунтовых ядер пронеслись по палубе бригантины, проламывая надстройки, сметая пушки и разбивая такелаж.
Шебека повернула, стремясь встать на пути нападавших, задержать, дать возможность купцу оторваться. Смело, но глупо — шестифунтовым пушкам даже в упор не проломить обшивку фрегата. Действуй генуэзские капитаны слаженно, то шансы отбиться еще оставались, а так… залп, да еще и с большого расстояния, прогремел впустую. Лишь дал возможность «Внимательному» подойти ближе и спокойно расстрелять беззащитный борт.
Генуэзцы слишком поздно начали поворачивать, стремясь уйти из зоны поражения, хотя их капитан уже понял, что никто не позволит ему сбежать. Фрегат лишь сменил галс, встал к противнику другим бортом и дал залп, в хлам разнеся такелаж 8, завалив сразу грот- 9 и трисель-мачты 10. После чего продолжил преследование купца, нисколько не интересуясь судьбой расстрелянной шебеки.
И вновь погоня. Скорость фрегата выше, но лишь до тех пор, пока ветер ему благоприятствует. Стихнет — и весла помогут добыче ускользнуть. Но в этот день удача на стороне пиратов. Пока кормовые орудия генуэзцев вели ленивую дуэль с погонными «Внимательного», расстояние между кораблями неуклонно сокращалось.