— Капитана ко мне!
Приказ Линча, как всегда, был исполнен мгновенно. Дорого одетый тучный господин, еще час назад бывший на бригантине кем-то близким к богу, был доставлен в каюту и поставлен на колени. Чтобы отныне твердо знал свое место.
Чего молчим? И смотрим в глаза? Непорядок.
Легкий кивок, и стоящий за пленником здоровенный боцман со всей дури протягивает бедолагу по спине плетью.
Гримаса боли, короткий стон, но и только. Кажется, не понял.
Еще один кивок, короткий свист и новый удар.
Вновь стон и молчание.
А он крепок, этот бывший капитан. Линч знает, как это больно. И не только телу.
— Тебе придется научиться смирению. Если хочешь жить.
— Кто сказал, что я хочу жить? Погибну — семья получит компенсацию. Смирюсь — не получит ничего.
— Какой груз? Куда следовали?
Взгляд пленника по-прежнему тверд, как будто это и не он стоит на коленях с разорванной плетью спиной.
— В Валенсию. Шелк, пряности и зеркала для кастильского двора.
Все правильно, молчать нет смысла, все есть в судовых документах.
Богатая добыча. Будут проблемы со сбытом, такой товар продать непросто, если хочешь остаться в тени. Но возможно, когда знаешь, с кем иметь дело. Теперь главное — люди. Точнее, вот этот человек. Остальные — так, песок, галька для балластных мешков. Будут корячиться на новых хозяев, пока не сдохнут. А этот — нет. Сдохнет, но рабом не будет. Мстителем, если ему повезет, станет беспощадным, а рабом — никогда. Линч знает, сам такой.
— Жить хотите?
— Да.
— Предлагаю место своего старшего помощника. Согласны? Семья не получит компенсации, но в обиде не будет, уверяю, сами их в золоте купать сможете.
Пауза. Ну же, ну! Соглашайся!!
— Нет.
Побледнел, но взгляд твердый, губы сжались в тонкую линию. Мужчина решение принял. Жаль.
Легкое движение даже не рукой — кистью. Боцман легко поднимает пленника, выводит на палубу. Короткий вскрик, бульканье из перерезанного горла и всплеск за бортом — команда бригантины должна знать, что пощады не будет. Или беспрекословное послушание, или смерть.
— Боцман, проверить комплектность гребцов, если не хватает — посадить за весла пленных. И вперед! Штурман, курс на Каир!
— Прошу прощения, капитан…
Квартирмейстер? А этому что надо? Его дело — делить добычу, следить за казной. И докладывать галлийцам, этого не отнять. Соглядатай, навязанный вместе с корсарским патентом.
— Слушаю.
Наклонился к самому уху, зашептал так, что слюни полетели на капитанскую щеку. Сразу захотелось утереться, жаль, что нечем.
— Нам приказано до конца недели прибыть в Тунис. Отвлекаться нельзя. Или гоним приз в Тунис, или отправляем его на дно, других вариантов нет.
Вот же… и поспорить нельзя. Если жизнь дорога, разумеется.
— Отставить Каир, идем в порт Туниса. И, штурман, пошлите призовую команду на шебеку. Негоже разбрасываться деньгами.
7. Пороховые обезьяны — служащие на корабле мальчишки, в обязанность которых входило во время боя подавать порох из крюйт-камеры к пушкам.
8. Такелаж — обобщенное название всех снастей на судне.
9. Грот-мачта — вторая судовая мачта, считая от носа судна.
10. Трисель-мачта — тонкое древко, устанавливаемое на некоторых парусных кораблях сзади нижней части мачты.
11. Крутой бейдевинд — курс относительно ветра, когда ветер дует под углом от 0 до 50°.
Глава 21
Рейд Туниса встретил удачливого пирата приветственными залпами коллег по ремеслу: два приза, один из которых загружен по самую ватерлинию. Удача! Видать, крепко влюбившаяся в этого новичка-гяура, всего лишь год назад впервые приведшего свой корабль в этот порт.
Откуда? Как? Где набрана команда? Такие вопросы здесь не задают. Платишь за стоянку, делишься с пашой добычей, не мешаешь зарабатывать другим? Отлично! Конечно, при случае грех не указать иноверцу его место, ну так этого случая надо еще дождаться. Пока — не получилось. Один храбрец поклялся захватить «Внимательный». Не в порту, конечно, здесь за такое без разговоров на плаху отправляют.
Узнал, куда жертва отправится, дождался ее отплытия, да и рванул за фрегатом на двух бригантинах. Больше его не видели, опрошенные моряки, как и сам Линч, клялись всеми клятвами, что в глаза тех бригантин не видали, а повреждения получили в бою с кастильским галеоном, которого, вот ведь судьба незавидная, пришлось пустить на дно.
Но это было давно. С той поры легкий фрегат «Внимательный» стал известен во всех османских портах, куда заходил продать добычу, а к его капитану прочно приклеилось уважительное определенными кругами прозвище «Барбаросса».