— Нормально все будет. Не переживай, я знаю, как выкрутиться, учили меня, понимаешь? И вообще, что за дела? Команда дана? Дана. Извольте исполнять, господин капитан.
Он залпом выпил вино, спокойно поставил пустую кружку на стол и спокойно вышел из каюты.
Все правильно сделал?
Да. Виконт де Камбре барон де Безье единственный в этом мире человек, которому не страшны никакие заклятья. Почти никакие, но уж точно — заклятье правды.
Когда-то курсант военной академии Клиссона тогда еще лишь барон де Безье, как и все курсанты той академии, прошел через хитрый обряд, позволяющий каждому дворянину увеличить или уменьшить магическую силу. Увеличил — и стал хуже видеть чужие заклятья. Уменьшил — видеть их стал лучше.
Но чем сильнее уменьшаешь силу, тем больше шансов умереть или сойти с ума, не имея возможности пользоваться тем, к чему привык от рождения. Это страшнее, чем лишиться руки или ноги, их-то хороший маг запросто заново вырастит. А вот магия, она есть всегда. А если ее нет — назад не возвратишь.
Только он, бывший российский офицер Борис Воронин (потому и назвался Корнелем), без колдовства жизнь прожил, и прожил неплохо, так, чтобы ни о чем не жалеть. Потому и решился отказаться от магии полностью. Взамен стал видеть во всех подробностях любые заклятья, даже те немногие, были, оказывается, и такие, что никакому магу невидимы.
Как выяснилось, маги, как и дворяне, являющиеся здесь по сути слабыми, но все-таки магами, создают не сами заклятья, а некие силовые конструкты, а уже те выдают нужный результат. Разрушь такой конструкт — заклятья не будет. Измени — и получишь иное, с предыдущим никак не связанное.
Потом над тем же курсантом самые сильные маги, деканы магической уже академии, провели обряд лишения дворянства. После него никто не выживал. Кроме него.
Выжил. И получил возможность воздействовать на чужие конструкты, ослаблять, отводить и в корне менять заклятья. Не сразу, но освоил эту науку.
Но никогда никому так и не рассказал о своих способностях. Наверное, потому и жив до сих пор. И уж капитану Линчу о них точно знать не следует.
Кстати, в Османской империи во всех портах стоят артефакты, выявляющие европейских магов, которым напрочь запрещен въезд в страну. Ну не терпят местные маги конкурентов. Однако на него не отреагировали. Все правильно, раз человек сам творить заклятья неспособен, то и нечего народ беспокоить. А умеет он вмешиваться в чужие или нет, таким тонкостям амулеты не обучены.
Так что именно у виконта де Камбре есть шанс.
Сейчас он всего лишь штурман? Ну и ладушки.
Пока можно пойти в свою каюту, чтобы с умным видом склониться над картой, делая вид, будто хоть что-то понимает в серьезном деле счисления пути и прокладки курса.
Господи, ну что за наука такая странная, вот вообще неясная и неизведанная. То ли дело… что? Физика? В этом мире, где лишь недавно некий парижский ученый посмел предположить, что свет обладает волновыми свойствами. За что был освистан высоколобыми коллегами и с позором изгнан из университета.
Интересно, а если рассказать тем научным светилам об электромагнитных волнах, дуалистической теории света? Выслушают?
Возможно, что и так, все же человек вхож к самому королю, его сходу послать в дальнее и не совсем приличное путешествие неудобно. Зато совершенно спокойно можно поделиться сомнениями, не более, с местным аналогом инквизиции. И уже эти парни, поднаторевшие в изобличении всяческих смутьянов, зададут вопрос, приведший когда-то в изумление самого Галилея: «Докажи».
А как? Если напрочь забыто все, чему учили профессора МИФИ не самого плохого студента Борю Воронина. И напомнить некому. Хотя… кто знает? Может быть, и здесь когда-то расписал свой числовой ряд какой-нибудь Фибоначчи, великий Ферма прямо сейчас шлет из глубокой провинции письма, полные математических откровений, а местный Декарт уже издал свой трактат о свете.
И тогда никто не посмеет запретить отошедшему от государевых дел виконту де Камбре исследовать природу местной магии, свойства которой, это уже проверено, во многом аналогичны свету. Как Стругацкие таких называли? Прогрессоры, кажется? Черта с два! Это будут его, и только его, исследования! На основе знаний, полученных здесь, ибо прежние забыты начисто.
Когда-то выпускник МИФИ Борис Воронин без тени сомнения ушел из науки, осознав собственную неспособность сформулировать задачу, достойную звания ученого. Так вот же она! Бери, изучай, исследуй…
Но потом. Когда будет решена эта. Потому что ученый найдется. Раньше или позже кто-то возьмется за перо и напишет что-то вроде «Размышлений о природе магии».