16. Поворот оверштаг — маневр, при котором корабль пересекает линию ветра носом.
Глава 31
Итак, тунисский паша в своих, воспетых ручными акынами, доброте и милосердии назначил к разграблению три города, для чего снарядил три эскадры, собранные из пиратов всего Средиземноморья. Марсель, Тулон и Монпелье.
Что происходило в Марселе и Тулоне, де Камбре не знал. А к устью реки Орб фрегат «Внимательный», бригантина и шебека, в сопровождении на скорую руку отремонтированных галер, подошли с небольшим опозданием, второго августа.
В солнечный полдень, под грохот канонады, раздававшейся где-то вдали от побережья. Вокруг устья полукругом стоят на якорях полдюжины шебек. Грамотно стоят. Хотя пираты и уверены, что опасаться им нечего, но к отражению нападения с моря готовы.
Полдюжины — это больше сотни орудий. Пусть и шестифунтовых, неспособных проломить обшивку фрегата, но при выстреле более-менее дружным залпом готовых лишить хода и управления любой корабль, что решится на атаку. Да и долгий бой пиратам неинтересен. Шебеки — это скорость и низкая осадка. Выстрелить и подойти. Или уйти по мелководью, укрыться за прибрежными островами, чтобы потом самим напасть неожиданно и дружно, прорваться вплотную и разорвать противника в абордажной схватке.
Наконец, попросту сбежать, если тот окажется слишком силен.
Но над грот-мачтой фрегата поднят черно-белый флаг. Значит, Хафтар на фрегате и созывает большой совет.
Почему на фрегате, а не на любимой «Святой Бригитте»? Так ясно же, невооруженным взглядом видно, что галерам крепко досталось на орехи. Зато несомненно захваченный пиратами «Внимательный» цел и невредим. Вполне достойное место для встречи товарищей по разбою.
— И за каким дьяволом мы сюда приперлись? — Линч не пытался скрыть раздражение. — Хорошо, капитанов кораблей арестуем, хотя логичнее отправить их на корм рыбам, но что дальше? Сколько удастся водить за нос команды? Час? Два? Три — максимум. Потом экипажи раскусят нашу игру и атакуют. Просто и без затей. Их больше раз в десять, а наши маги заняты, держат в подчинении экипажи галер. Вы понимаете, что произойдет, если эти головорезы выйдут из-под контроля?
Де Камбре кивнул.
— Представляю. Как и то, на что на самом деле способны боевые маги. В крайнем случае, получим полтысячи покойников в трюмах, так и что? Эти твари заслужили виселицу, так пусть порадуются легкой смерти.
— Но дальше. — Линчу захотелось крикнуть! Нельзя, капитан должен быть спокоен всегда, даже идя на дно. — Вон там, — он указал в сторону берега, — на якорях шесть быстроходных шебек с полными экипажами. Стоит хоть кому-то хоть что-то заподозрить — снимутся с якорей, поднимут паруса, и мы уже не сможем их остановить. Весь ваш план пойдет псу под хвост.
Они стояли на шканцах фрегата, у самого фальшборта, на виду у команды, но так, чтобы никто не услышал их разговор.
— Экипажи не могут быть полны, кто-то же сейчас воюет на берегу. Слышишь, стреляют пушки, значит, кто-то решился подняться вверх по реке, не дожидаясь Хафтара.
— Не думаю. На самом деле мы же только делали вид, что нашли фарватер. Орб несудоходна, я это еще два года назад выяснил, когда и впрямь перевозил сундуки с золотом в замок Безье. Стоп! — Линч поднял раскрытую ладонь. — Точно! — Звонко ударил по ней кулаком. — Это не пиратские пушки. Три залпа в минуту, на такое эта шантрапа, — он кивнул в сторону пиратских кораблей, — неспособна. И я, кажется, знаю, кто сейчас ломает им хребет. Жаль, что наше положение это никак не улучшает.
Тем временем от стоявших на якорях кораблей начали отчаливать шлюпки.
— Посмотрим, — ответил де Камбре. — Я, конечно, рассчитывал, что галлийский флот покончит с этими парнями еще до нашего прихода. Но раз ошибся, то задача одна: удержать их на месте, пока не подойдут взрослые дяди. Так что командуй, встреть дорогих гостей со всем почтением, чтобы ни один не ушел.
Наверное, сторонний наблюдатель залюбовался бы такой картинкой. Моряки по одному поднимались на борт фрегата по веревочным трапам, с удовольствием взирали на выстроенный для приветствия почетный караул, достойный регулярного флота морской державы, и погружались в крепкий сон, получив по затылку точный удар легкой деревянной дубинкой.
Уснувших ловко хватали под руки и уносили на нижнюю палубу, где аккуратно складывали рядком.
Не прошло и четверти часа, как восемнадцать человек, капитаны и их помощники, начали приходить в себя. И не сказать, чтобы пробуждение было радостным. На свете найдется мало любителей просыпаться связанным по рукам и ногам, с кляпом во рту, да еще и с острой болью в ушибленном затылке.