И приземлилась на нее сверху. Её голова ударилась о сцену, оглушая на мгновение. Этого времени мне хватило, чтобы сорвать с ее шеи золотую цепь. Рубины и изумруды светились так ярко, словно звёзды, я отбросила цепь на сцену, подняла Вика и ударила рукояткой по каждому камню.
Хруст! Хруст! Хруст! Хруст!
Камни разлетелись на десятки осколков. Одна задача выполнена. Переходим к следующей. Агрона хотела проткнуть меня своим мечом, но Никамедис выбил оружие из её рук.
– Держите её руку! – крикнула я. Библиотекарь кивнул, поняв, что я собиралась сделать. Навалившись на женщину, он прижал её правую руку к сцене. Морган в библиотеке Древности пробудилась из своего состояния зомби, когда я разбила Чашу Слёз. Я надеялась, что также получится и в случае с Логаном. Поэтому я разбила все камни, что были надеты на Агроне. И теперь мне нужно избавиться от последнего камня.
Я вновь замахнулась Виком и ударила рукояткой меча изо всех сил.
Хруст!
Агрона вскрикнула, когда я разбила кольцо вместе с её рукой. Может рубин Апаты и был невероятно могущественным, но и Вик не промах. В конец концов он – оружие чемпиона – мое оружие, которое подарила мне сама Ника.
Рукоятка меча с легкостью раздробила рубин в виде сердца, как будто он был сделан из стекла.
В тот момент, когда рукоятка Вика прикоснулась к драгоценному камню, весь концертный зал вспыхнул злым красным светом, ослепившим меня и заставивший вскрикнуть нескольких студентов и даже некоторых Жнецов. Спустя пару секунд сияющий красный свет побледнел. Я посмотрела на Логана, ожидая, что он сконфуженно стряхнёт свою одержимость. Вместо этого спартанец уставился на меня с яростью и снова направился в мою сторону – а его глаза по-прежнему светились этим жутким, ужасным красным светом.
– Идиотка! – прорычала Агрона. – Он уже слишком глубоко погрузился в ритуал и на нём до сих пор ожерелье с камнями. Ты не сможешь снять их этим своим нелепым мечом. Ничего больше не сможет остановить его. Ничего. Он будет атаковать тебя, пока один из вас не умрёт.
Я вскочила и вовремя подняла Вика, чтобы отразить удар Логана, который уже убил бы меня. Дежавю.
Я то отступала, то нападала, двигаясь по сцене и упрашивая и умоляя спартанца сопротивляться влиянию ритуала... очнуться... вспомнить, кто я такая, про наши чувства друг к другу... и подумать о том, что мы пережили вместе.
Но мои слова не возымели никакого эффекта. Мне не удавалось достучаться до спартанца. Вместо этого он продолжал кидаться на меня, атакуя раз за разом. У меня больше не осталось сил, я с трудом поднимала Вика, парируя удары.
Менее чем через минуту меч Логана прорвёт мою оборону и убьёт меня. И как только это случится, он будет навсегда потерян – если это уже не произошло.
Я не могла допустить этого. Но и как остановить его – понятия не имела.
Сражаясь с Логаном, я пыталась найти способ достучаться до него. Уничтожение камней не помогло, а больше мне ничего не приходило в голову.
– Тебе нужно использовать против него свою магию, Гвен! – перекричал Вик шум битвы. – Используй на нём свою магию. Убей его, как убила Престона!
Эта мысль была столь жуткой, что я застыла посередине сцены. Большего Логану и не потребовалось. Он ударил меня кулаком в живот. Я попятилась, и спартанец снова последовал за мной. Он не прекратит, пока я не умру.
Его инстинкт убийцы не будет довольствоваться меньшим. Я удвоила свои усилия, сражалась лучше, чем когда-либо в своей жизни, потому что надеялась обезоружить спартанца. Но Логан с легкость противостоял мне.
В конце концов, это ведь он научил меня сражаться.
– Воспользуйся ею, Гвен! – вновь закричал Вик. – Сейчас! Пока не стало поздно!
Чего-чего, а вот свою магию прикосновения использовать на Логане я не хотела. Не хотела вытягивать жизнь из его тела, как сделала это с Престоном. Даже со Жнецом я с трудом заставила себя сделать это, да и то только потому, что это был единственный способ исцелить смертельную рану, нанесенную мне Престоном.
Нет, я не могла убить Логана таким образом – если я это сделаю, то никогда себе не прощу.
Но мне нужно что-то предпринять. Потому что как только он расправится со мной, Логан нападёт на взрослых и даже на студентов, пока они все – или он – не будут мертвы.
Мне удалось оттеснить Логана к стульям, стоящим в задней части сцены. Спартанец выругался. Пока он пытался высвободиться из кучи металла, его голос звучал ниже и грубее, чем обычно. Но вместо того, чтобы наброситься на него и убить, я просто стояла там. Мой взгляд отчаянно метался по комнате, пока я искала способ спасти Логана – и себя.
В хаосе сражения сцена была практически полностью разрушена. Повсюду были разбросаны стулья, музыкальные инструменты разбиты и множество других обломков. И ничего полезного. Ничего, что могло бы подать идею, как же достучаться до Логана...
В нескольких шагах на полу что-то блестело. Браслет одной из девушек. Возможно, на нем блестели сапфиры или тот факт, что браслет лежал на полу, образуя идеальный круг... во всяком случае, украшение напомнило мне Маат-гадюку, которая во время процесса обвилась вокруг моего запястья. Вивиан удалось обмануть змею с помощью осколков рубина Апаты, но потом я использовала свою магию и показала гадюке правду.
«Моя психометрия», – подумала я. Конечно.
Мне не удавалось пробиться к Логану с помощью слов, но возможно есть другой способ...
Логан выбрался из стульев и побежал ко мне, в то время как с его губ, словно кислота, срывались проклятия. Его красные глаза пылали сильнее, чем раньше, и я осознавала, что у меня всего лишь одна попытка – только один шанс напомнить ему о том человеке, которым он был в действительности, прежде чем я потеряю его – навсегда.
Мне нужно лишь прикоснуться к нему. Легче сказать, чем сделать. Во время нашего боя мне не удалось нанести Логану даже поверхностную рану. Я никогда не подходила настолько близко, чтобы была возможность прикасаться к нему голыми руками. Но именно этого я и должна добиться. Мне нужно время, чтобы моя психометрия подействовала; время, чтобы наполнить его своей магией. Но Логан не будет просто спокойно стоять и позволять делать это с собой. Нет, есть только один вариант. Я должна позволить спартанцу приблизиться к себе.
Я должна позволить ему ранить себя.
Понятия не имею, сработает ли мой сумасшедший план. Но это единственный шанс для Логана. Поэтому я глубоко вздохнула и медленно убрала Вика в ножны на бедре.
А затем я развела руки в стороны – приглашая спартанца сделать самое худшее. Логан замер, видимо, посчитав это уловкой.
– Гвен, что ты делаешь? – закричал Вик. – Он просто проткнёт тебя!
– Я знаю, – мрачно подтвердила я. – Так надо. Вот увидишь.
Спустя несколько секунд – во время которых я не предпринимала никаких попыток напасть на него или защитить себя – Логан издал дикий, злой крик и побежал на меня.
Я ждала, пока он не оказался в пределах досягаемости, а затем протянула к нему правую руку и отпрыгнула немного в сторону, чтобы эффективней увернуться от его атаки. В то же время пальцами попыталась ухватиться за его. Я почувствовала, как меч скользнул по моей правой ладони и устремился к моему телу.
И с последним яростным криком Логан вогнал меч мне в грудь.
Глава 28
Боль была... она была...опустошающей. Раскаленные волна муки одна за другой окатывали моё тело. Какое-то мгновение я не видела ничего, кроме темноты. Я должна была изо всех сил сосредоточиться на том, что задумала. Медленно я обхватила своими окровавленными руками ладонь Логана, сжимающую рукоять меча – меча, который торчал из моей груди.
Спартанец нахмурился и попытался отдёрнуть руку. Но я обхватила ее еще крепче, не обращая внимание, что таким образом меч в моей груди дернулся и из-за этого боль стала ещё ужаснее. Сквозь дымку боли я вызвала все воспоминания, связывающие меня с Логаном.