Никто не говорил, что нельзя подслушивать.
«Нужно посмотреть, как далеко все зашло, – прозвучал тихий голос доктора из-за двери. – Хорошо, девочке это не грозит. Видимо виной всему мыши. Так. Это надо прижечь».
Дверь распахнулась внезапно, я еле успела отскочить. Доктор выглянул на улицу, жестом призывая меня подойти.
– Растопи огонь в доме и принеси воды. Ещё нужны чистые тряпицы для перевязки, – скомандовал он и удалился назад.
Я набрала дров и вошла. Бабушка, укрытая тонким покрывалом, лежала на кровати и казалась абсолютно спокойной.
Растопив очаг, я принесла воды и хотела остаться. Но доктор опять попросил выйти и не мешать ему.
– Ты не захочешь это видеть, – сказал он, поджав губы.
Смутные картинки и образы заполонили мысли. Чума…
В голове проносились отрывки чужих воспоминаний: раскалённый металл соприкасается с телом. Казалось, я чувствую запах горящей плоти.
Сама не заметила, как ноги понесли меня к реке. Подальше от этого кошмара.
Сидя на берегу, я прокручивала в голове слова доктора и Люсии. Он был почти уверен, что Люсия – обречена, но собирался бороться за её жизнь. Кто они друг другу? Она ничего не рассказывала мне о своей жизни и вот итог – вопросы без ответа.
Слабой тенью на краю сознания маячило какое-то воспоминание, но сейчас невозможно было сосредоточиться. От внезапного понимания, сердце заколотилось как бешеное: я не могла читать мысли доктора! Не слышала его, так же, как и Люсию.
Мне столько ещё нужно было выяснить, ведь я толком не знала ничего ни о себе, ни о родителях. Не принимать же на веру игры расшалившегося воображения?
Послышался скрип двери, и на пороге дома появился доктор. Осмотрелся и, заметив меня, направился к берегу. Вид у него был усталый и удовлетворённый, видимо, опасность миновала, по крайней мере, он сам в это верил или пытался показать.
– Ей нужен покой, тепло и много горячего питья. Завтра зайду проверить, как идут дела. С тобой точно всё в порядке?
– Как обычно, – ответила я, и тут же робко спросила: – А она… Поправится?
– Надеюсь. Ещё чуть-чуть и было бы поздно. Она крепкая, несмотря на возраст. Выкарабкается, – заключил он, и тут же добавил: – Не появляйся пока в посёлке. Болезнь обошла тебя стороной, но кто знает, вдруг ты можешь её разносить. Береги себя, Арианна.
Доктор ушёл, а я так и осталась стоять на берегу. Смеркалось. С уходом солнца, мир привычно стал ярче и чётче, цвета обрели насыщенность. Я прекрасно ориентировалась в темноте и любила её.
«Хватит ломать голову, надо просто жить дальше», – подумала я и вошла в дом. Было душно, с самого порога в нос ударил резкий запах лекарств и горелого мяса. Люсия спала, и на её плече виднелась повязка. Наверняка одна из многих…
Следующий день прошёл спокойно. Жар уменьшился. Бабушка чувствовала себя лучше. Ближе к вечеру зашёл доктор. Они какое-то время разговаривали в доме, и я не стала им мешать.
День сменялся днём. Люсия окончательно оправилась после болезни. Однако доктор по-прежнему периодически навещал её, и казалось, она была этому очень рада. Скоро мы начали опять выбираться в город за покупками. Чума отступила. И жизнь наладилась.
Глава 4 Ожидание перемен
А потом…Потом мне начали сниться странные сны.
«Дорога без конца. Обречённость… Слышу людей вокруг, но словно ослепла». Или это просто голоса в моей голове? В этих снах был ещё кто-то – незнакомец, вызывающий тревогу. Я чувствовала, как он пытается сломать мою волю к жизни, нет-нет да швыряя моё сознание в потоки кажущегося бесконечным отчаяния.
«Не дам себя запугать. Это просто сны. Глупо бояться», – говорила я себе.
Мне действительно не было страшно, но кошмары все больше изматывали. Поутру я просыпалась не отдохнувшей, а выжатой и усталой.
Тем временем весна всё больше входила в свои права. Цвели сады, огромные бабочки порхали с цветка на цветок. Птицы вили гнезда. Виноградники обещали богатые урожаи. Все было бы прекрасно, можно было бы наслаждаться жизнью, если бы хоть иногда удавалось спокойно поспать.