Поскольку трасса перевозки оружия из Новороссийска на Кавказ почти совпадала с трассой поездки в Лекуневи за взрывчатыми веществами, требовалось подобрать такого транспортировщика, который знал бы условия подпольной работы на юге.
— Имеется ли такой товарищ?
— Мне, кажется, да, — заметил Цхакая и бросил быстрый взгляд на Бахчанова.
Этот взгляд перехватил Владимир Ильич и понимающе улыбнулся. Потирая лоб, он вопросительно посмотрел на Бахчанова:
— Вот товарищи рекомендуют перевозку оружия и хлопоты с динамитом доверить вам, Алексей Степанович. А ведь и то правда. Вы когда-то умеючи перевозили нашу старую "Искру".
— Владимир Ильич, я готов…
— Знаю, знаю. Но дело-то очень рискованное, хотя и до зарезу нужное. Подумайте, не торопитесь, впрочем и от излишней медлительности толку, кажется, мало.
Он так весело засмеялся, что Бахчанов с жаром сказал:
— Владимир Ильич, очень прошу поручить это мне, если только достоин такой чести.
— Что скажете вы, Леонид Борисович? — обратился Ленин к Красину. — Видно, придется согласиться, — и снова к Бахчанову: — Значит, нам удалось бы перебросить оружие морским путем?
— Должно удаться, Владимир Ильич.
— Дьявольски трудно. Однако меня радует ваша уверенность в хорошем исходе этого дела. Какие соображения имеют товарищи?
Все присутствующие нашли кандидатуру Бахчанова весьма подходящей.
— Отлично. Итак, договорились, — заключил Ильич и слегка сжал кисть руки Бахчанова, — оружие для поляков вручите в Варшаве товарищу Юзефу. ЦК вам даст шифрованное письмо…
Днем позже Промыслов явился с Баклановым на борт шхуны. Промыслов представил своего спутника капитану Фредли и рулевому Стиррипу как своего заместителя, назвав его Францем Райфелем. Рулевому Бахчанов не понравился. И он в этом признался Дику Фредли;
— Капитан, держи ухо востро, Этот молчаливый малый на нас смотрит косо и, кажется, готов пустить в каждого из нас по три пули".
Дик только ухмыльнулся.
Хитрый и алчный, видавший виды Дик Фредли недаром обделывал темные делишки вместе со своим компаньоном в бытность на службе в страховой компании. Много гибло шхун не только в морях, но и на бумаге. А судовладельцы получали с помощью подкупленных страховых дельцов крупное вознаграждение. В этом плане Фредли и повел разговор с компаньоном. Да, несомненно, покупатель "Харибды" — чиновник из русского консульства, и у него есть свой расчет. Однако какое дело до этого судовладельцам? Им интереснее сохранить шхуну в целости. Зачем ее топить? Куда доходнее положить деньги этих двух русских себе в карман… Причем дело надо обтяпать так, чтобы почтенные клиенты ничего не подозревали и были довольны.
Скикс нервничал: как бы его изворотливый дружок не испортил все так ловко задуманное предприятие. Желая обставить отплытие "Харибды" полной тайной, Промыслов предложил капитану распустить слух о том, что шхуна после ремонта возьмет курс на Гулль, в район Доггер-банки, будто бы для скупки у гулльских рыбаков свежезасоленной рыбы.
Во время приготовлений к отплытию телеграф принес сенсационное известие о разгроме царской "Армады" в Корейском проливе.
"Харибда" покинула лондонский порт в конце мая, взяв курс на север, вдоль восточного берега Великобритании. Однако, не достигнув Грейт-Ярмута, шхуна бросила якорь и, простояв в виду берега двое суток (и не потому, что в открытом море штормило), поплыла на восток, в направлении Скагеррака. Рулевой Стиррип, краснолицый детина с фарфоровой трубкой в зубах, не первый раз проходил этот путь к берегам Дании. К тому же для Фредли он был свой человек, следовательно у капитана не было оснований для беспокойства. "Харибда" шла по намеченному курсу.
Но очень скоро на лопатистом лице Фредли появилось выражение досады. В своих расчетах капитан все продумал. Но не учел только особенностей характера этого непонятного Франца Райфеля. Русский вина не пил, сходить на берег в Дании не собирался (и не потому, что хлестал затяжной дождь), на борту ничего вареного не ел и, что непостижимо, спал сидя, и сон был у него чуткий, как у зайца. Стоило только тихонько подойти к нему даже при самом сильном ветре, как чертов парень открывал злые, недоверчивые глаза. Да-а, таких бдительных стражей, как он, вероятно, не найти и в Бэкингемском дворце. А как иногда чесались руки у капитана "Харибды" схватить этого молодца Райфеля и — в воду! Но в этом случае пропала бы вторая половина обещанной платы. Ее же дурень Скикс согласился подождать до самой Риги. И как схитрил Райфель! С собой он не имеет ни пенса, а деньги должен уплатить какой-то Варайтис. И то только по личному удостоверению Райфеля.