После этого нападения у них появилось три лошади, одна была под поклажей. Сами они лошадей не использовали, ни у кого, кроме ногайца, привычки ездить верхом не было, да и хлопотно это. Решили лошадей продать в Бахмуте, лошади не местные, опасности, что опознают нет.
Лошадей вызвался продавать, что естественно, ногаец, но на базаре в Бахмуте рожа ногайца не понравилась приставу и тот посадил его в холодную, до выяснения личности. И вот тут начинается самое интересное.
К приставу в это время с проверкой заходил какой-то местный босс, который перетер с приставом и ногайца отпустили, но не на свободу. Подручные босса, под руководством «Чистого», видимо правой руки босса, вывезли его за город и сделали ему предложение, от которого невозможно отказаться. Ногаец свел «Чистого» с главарем и тот сделал банде заказ на местного купца и в качестве задатка отдал им деньги за лошадей, которых банда хотела продать на базаре. Из-за этих денег у них и вышел вечером спор.
Заказ банда выполнила три дня назад. «Чистый» обеспечил их необходимой информацией и вечером, при возвращении домой, купца зарезал ногаец. Да уж, уездный городок, а страсти здесь кипят нешуточные.
Раздельный допрос фраеров подтвердил показания каторжан, только в отношении убийства Прохора Емельянова крестьянин упирался недолго, но разве Доброму можно соврать?
Ногаец молчал, как партизан, но ничего нового он нам сказать не мог, а про босса скоро все расскажет «Чистый».
Закончив дознание, мы отошли в сторону, и я спросил у парней, — Какие будут мнения?
— Тут двух мнений быть не может, зачищаем без базара, крови на них хватает, да и нас видели. — ответил Гном.
— В целом согласен, — сказал Добрый, — Да только Архип, вроде кровью не замазан, лишний грех не хочется брать на душу и так хватает.
— Тут я поддержу Доброго. — сказал я и продолжил, — Кроме того, нам нужен свой постоянный источник информации об этом мире, а впрок не наспрашиваешься. Мужик он вроде не глупый, мастеровым на заводе был, должен понимать, какой сделать правильный выбор. Гном освободи его и веди сюда. Добрый, а ты раздень ногайца до конца, нам его одежда еще пригодится, и поставь его вот сюда к стенке на колени, только закрепи его как-нибудь, чтобы не падал.
Гном привел хромающего Архипа, который судорожно растирал затекшие руки и со страхом смотрел на меня.
— Садись Архип, — сказал я, показав ему рукой на пол пещеры, — В ногах правды нет. Мы не разбойники, живем и служим на благо России, что и дальше собираемся делать. У тебя сейчас есть выбор — смерть, все же ты соучастник трех убийств, но смерть быстрая, вот смотри. — показал я на ногайца и выстрелил ему в голову из «Вала». Голова ногайца взорвалась как спелый арбуз.
Ужас сковал Архипа, ведь то, я сделал, наверное, показалось ему колдовством — тихий лязг металла, отсутствие дыма и огня от выстрела и такой «головосшибательный» результат.
— Или служба мне, верная служба! — продолжил я, — Потому как неверная служба — это тоже смерть. Только медленная. Ну а бежать, сам понимаешь, бессмысленно, поймают, получишь своих плетей и вернешься ко мне. Про вот это все тебе никто не поверит, твое слово против слова дворянина. Кстати, у тебя на Урале остались родные?
— Так это, барин, сынишка и дочурка у меня остались в Златоусте, жинка померла от чахотки, а они у сестрицы жинкиной живут, я все больше по горам ходил, искал с горным анжинером места, где удобно руду добывать. Они же малые еще, семь и пять годков, им ласка материнская требуется, вот у сестрицы и живут, а я им денег и харч приносил. — ответил Архип.
— Так что же ты в бега подался тогда? — спросил я.
— Нашел я в горах кусок пирита, еще его называют «золото дураков», камень бесполезный, но блестит как золото, ну и взял его ребятишкам играться. А управляющему кто-то донес, что я золото утаил. Управляющий стал грозиться, что на каторгу меня упечет. Спужался я, да сбёг. — ответил Архип.
— Да, дела, ну значит Архип у тебя есть отличный стимул, служи мне верно и сам будешь в порядке, и дети будут рядом с тобой. Ну, что решил Архип? — спросил я.
— Да что решать барин, вот те крест, буду служить верой и правдой! — начал креститься и кланяться в пол Архип.
— Ну значит, на том и порешим. — сказал я, — Архип! Ногайца утащи, вон туда, в угол пещеры. И прибери здесь немного.
— Понял барин! — закивал Архип, и поковылял к ногайцу.
В целом, результаты проведенных мероприятий обнадеживали, информации, конечно, было маловато, правда была еще надежда на информацию от «Чистого», но чем ближе был срок его прибытия, тем отчетливей я понимал, что просто так его визит пройти не может. Ну не станет подручный местного босса оставлять свидетелей его преступления, да еще платить им, насколько я понял, большие по местным меркам деньги. Гораздо проще зачистить их, либо своими силами, либо прийти в полицию, сказать, что есть информация о банде душегубов, «джентльменам» ведь верят на слово, возглавить операцию и всех их здесь порешить.