Конец.
Старая цыганка.
В этом году лето никак не хотело уходить. На дворе уже был сентябрь месяц, а, погода стояла просто превосходная. Не по-осеннему было тепло и солнечно. Но, жёлтые листья на деревьях напоминали, что наступила осень и пора готовиться к холодной зиме. Матвей внезапно проснулся в 5 часов утра от странного ощущения и, стал прислушиваться. На улице стоял какой-то непереносимый гул. Внимательно прислушавшись, он понял происхождение этого звука. По всей деревне выли собаки. - Это не к добру, - поднимаясь, подумал он. - Что-то здесь не так. Собаки так просто выть не будут. Неужели в деревне покойник или кто-то появился чужой. - Ты куда в такую рань поднялся, - открыв глаза и сладко потягиваясь, поинтересовалась Акулина. - Спи, - отмахнулся от жены Матвей. - Пойду, посмотрю, что-то там случилось. Слышишь, какой вой подняли собаки. Спи, я быстренько посмотрю и вернусь, не успеешь и соскучиться. - А, я уже скучаю, милый, - ласково прошептала она. И, как будто нечаянно откинув край одеяла, показала обнажённую грудь. - Надо глянуть, - сглатывая слюну и косясь на жену, сказал Матвей. - А, тебе какое до них дело? Повоют и перестанут, на то они и собаки, - поднимаясь, всё равно теперь не уснуть, произнесла Акулина. - Всё равно надо посмотреть. Вон, как Лорд с цепи рвется. Что-то в деревне происходит нехорошее, - сказал Матвей и посмотрел на обнаженную жену. - А, на меня посмотреть не хочешь, - крутанувшись на месте и разведя руки в сторону, произнесла она и улыбнулась. Пышные груди так и просились, чтобы их помяли. Но, Матвей пересилил соблазн и отвернулся от неё. - Ложись, я сейчас вернусь, - произнёс Матвей и, надев старые калоши, вышел. Лорд, так зовут немецкую овчарку Матвея, увидев появившегося на крыльце хозяина, ещё пуще залился лаем. - Ну, что Лорд, ты мечешься, - подходя к кобелю, спросил Матвей, теребя его за загривок. Но, собака, поглядывая в сторону леса, не переставала выть, а ещё сильней натягивала цепь и рвалась. - Матвей, что там происходит? - выглянув в окно, поинтересовалась Акулина. - Не знаю, - перекрикивая кобеля, крикнул он. - Все собаки в деревне словно сошли с ума. Вон, какой шум подняли. Это не к добру. - Ладно, иди домой, после разберёмся, что там случилось, - крикнула в ответ, растрёпанная после сна, но по-своему симпатичная, Акулина и закрыла окно, чтобы в дом не налетели комары. Постояв, ещё с пять минут, Матвей вернулся в дом и завалился под бок к молодой жене. *** Цыганский табор из десяти кибиток остановился на берегу реки и разбил свой походный лагерь. Деревенские собаки, учуяв волка, привязанного к кибитке барона, подняли такой лай, что разбудили пол деревни. - Золотой! - крикнула старая цыганка младшему внуку, выходя из палатки. - Позови ко мне Будулая. Молоденький мальчик, припустил к кибитке барона выполнять поручение бабушки. - Зачем звала? - спросил высокий, не по годам седой мужик, подходя к старой цыганке. - Присядь, Будулай, - произнесла старуха. - Я хочу тебе что-то сказать. Она всегда звала сына по имени. Барон тихонько присел возле цыганки и стал её слушать. А, молодой мальчишка, что бегал за отцом, присел рядом на землю и, развесив уши, стал прислушиваться к их разговору. - А, ну, брысь отсюда, - увидев, подслеповатыми глазами, присевшего рядом внука, строго сказала старая цыганка. - Это не твоего ума дело. Иди лучше, успокой Серого, а то вон как воет. Цыганёнок подскочил, как ужаленный и умчался к своему любимцу. А, старая цыганка, достав из складок цветастой юбки курительную трубку и крутя её в руках, стала разговаривать с сыном. Временами, замолкая, она поглядывала на копошившихся рядом цыган, переведя дух, продолжала, как ни в чём не бывало. Год назад Будулай нашёл в лесу умирающую волчицу со щенком. Похоронив её там же в лесу, он забрал волчонка в табор, не пропадать же ему. Придя в лагерь, он подарил его сыну. Мальчишка привязался к нему, да и волчонок не отходил от него, бегал за ним, как привязанный и путался под ногами. Так и росли вместе, молодой цыганёнок по имени Золотой и серый волчонок по клички Серый. Полгода назад, когда табор останавливался в одной деревне, местные ребята хотели побить молодого цыганёнка, а, волчонок кинулся на защиту. Ребята отступили. Золотой вместе с волком спокойно прошли через деревню. Ребятня, струхнув, ещё долго стояла в оцепенении, провожая взглядом удаляющуюся парочку. Прошёл год и волчонок вырос, превратившись в матёрого волка, но по прежнему был предан парню и не отходил от него ни на шаг. *** Ближе к обеду, весть о том, что возле деревни остановился цыганский табор, облетела всю Митрофановку. Взрослые стали шушукаться между собой, а ребятишки решили посмотреть на цыган. И, собравшись в небольшую группу из десяти, самых смелых, пошли к реке, где обосновались цыгане. Не дойдя метров сто до табора, они остановились. Навстречу им шёл парень, сопровождаемый огромным серым псом. Присмотревшись, ребята поняли, что это не собака, а волк. Замерев от страха, они застыли с выпученными глазами и открытыми ртами. Они так и стояли молча, пока к ним не подошёл парень и не поздоровался. Только тогда они расслабились, но, по-прежнему, боялись пошевелиться, всё поглядывали на цыганёнка, которого защищал огромный серый волк. - Расслабьтесь, пацаны, он без моей команды вас не тронет, - произнёс цыганёнок, ровесник ребят. - А, откуда нам знать, кинется он или нет. Что у него там, в волчьей башке, мы ведь не знаем. Да и тебя тоже видим в первый раз, - подал голос самый высокий из ребят. - Меня зовут Золотой. Я младший сын барона, - представился парень и протянул для приветствия руку. - А, у нас, давно баронов нет, - выглянув из-за спины высокого парня, сказал, самый мелкий и видно самый умный, светловолосый парень. - И, что это за имя такое - Золотой? - Таких имён не бывает, - поддакнул тому высокий, но руку всё равно протянул. - Вы, всё неправильно поняли, - ответил им цыганёнок. - Барон, это наш главный, как у вас председатель. А, имя, как имя. У нас, цыган это норма, называть так. Мою старшую сестру зовут Рада, а её подругу Жемчужина. - Вот это имена! - в один голос удивились ребята. - А, как зовут твоего пса, то есть волка, - спросил светловолосый парень и показал на того рукой. - Это Серый. Отец нашёл его в лесу и подобрал. Он мой самый верный друг и защитник, - потрепав волка по загривку, сказал цыганёнок. - А, где ваш дом? - спросил Федя, это тот который выше всех. - У нас нет дома, - внимательно посмотрев на него, ответил молодой цыган. - Как это нет. У всех должен быть дом, - удивился Федя. - Мы вольные цыгане. Наш дом там, где мы остановимся и заночуем. Вся страна наш родной дом, - гордо ответил цыганёнок и вновь почесал волка за ухом. - Я всё равно не понимаю. У каждого должен быть свой дом. Хороший или плохой, но, всё равно, дом он и есть дом, - посмотрев на друзей, произнёс светловолосый парень. - А, можно нам посмотреть, как вы живёте в таборе? - спросил Иван, выглянув из-за спины Феди. - Конечно, можно, - произнёс хозяин огромного серого волка. - Пойдёмте, я вас познакомлю со своей бабушкой и отцом. - А, кто твой отец? - вновь подал голос Иван. - Он и есть барон в нашем таборе, - ответил Золотой и, развернувшись, пошёл к реке, где остановился их табор. Волк, поглядывая на идущих следом ребят, шёл рядом с ним. - А, наш Лорд здоровей его, - на ухо шепнул Иван светловолосому парню, который шёл рядом с ним. - Он же у вас овчара, - ответил тот. А, они вон, какие злые. В кино у немцев они огромные и страшные. - Это в кино. А, наш Лорд не такой, - посмотрев на друга, ответил Иван. - Ага, не такой. А, на прошлой неделе он Федьку за штанину тяпнул, - тихо сказал Сергей. Так звали светловолосого парня, друга и одноклассника Ивана. Он украдкой посмотрел на идущего впереди Федьку, услышал он или нет их разговор. Но, тот, не обращая внимания, топал за цыганёнком. - Так ему и надо, жердяю, - сказал Иван, смотря в спину высокому Федьке. - Пускай не лазает по чужим огородам и не ворует с грядок. Это Лорд его ещё знает, а чужака бы вовсе загрыз. - Ага, - буркнул в ответ Сергей и прибавил шагу, чтобы не отстать. Через несколько минут ребята подошли к цыганскому табору и остановились в недоумении, поглядывая на это невиданное никогда чудо. На берегу реки стоял цыганский лагерь, огороженный по кругу крытыми кибитками. Только был оставлен небольшой проход для входа, да и тот перегорожен жердью. *** А, в деревне бабы подняли такой вой и крик, что переполошили всех мужиков. Кто-то им сказал, что дети пошли в сторону реки, где остановился цыганский табор и больше их никто не видел. Сгоряча, путём не разобравшись в чём дело, мужики похватали ружья, а кто вилы и топоры и припустили к цыганскому табору. Ведь, всё-таки это их дети. Мало ли, что с ними там может случиться. Ведь цыгане - народ непредсказуемый. А, бабы, нагоняя на себя всякий страх и ужас, собрались у сельсовета, пересказывая наперебой сплетни и слухи, когда-то и у кого-то услышанные. Кто-то им сказал, что цыгане похищают детей и увозят их с собой. А, что они там с ними делают неизвестно, но больше никто и никогда их живых не видел. Да и мёртвых никто не находил. Поднялся такой шум и га