Вадим снова смутился, кивнул и неловко удерживая торт в одной руке, полез за кошельком.
Брюнетка сунула протянутую купюру куда-то в недра костюма, выдернула из связки шарик, приложила его к губам и с шумом втянула гелий, – Хэппи бездей ту ю, пропела она голосом, изменившимся после гелия.
– Это все за пять тысяч? – Вадим надеялся, что остановку лифта не заметят еще минут двадцать.
– Нет, ну что ты, мы только начали праздновать.
Вадим снова кивнул, но, что-то в голосе брюнетки в этот раз заставило его насторожиться. Но, он списал тревогу на то, что ее голос прозвучал как голос тех женщин из роликов для взрослых из раздела, который он не хотел бы попробовать на себе.
– Теперь ты. Только весь гелий втягивай, – брюнетка достала из связки шаров единственный шарик красного цвета и протянула Вадиму, – Ты такой брутальный мужчина, вдруг не подействует.
Вадим подмигнул брюнетке и резко втянул в себя все содержимое шарика. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но голос уже не слушался. Он уронил коробку с тортом, скользнул взглядом по внезапно ставшей серьезной брюнетке и осел на пол.
Брюнетка склонилась над Вадимом, прощупала пульс, удовлетворенно кивнула головой, подняла с пола сдутые шарики и достала откуда - то из недр костюма телефон, – Открывай. Клиент готов.
Двери парадной открылись, во двор вышла девушка в костюме Нюши из смешариков. Детвора, играющая на площадки с визгом обступила ее, разбирая разноцветные шарики, чтобы тут же отпустить их в небо.
По ночам к маме приходила тень
Мама вернулась из санатория в четверг в восемь часов двадцать три минуты. Сухо поцеловала Костю в щеку, мельком взглянула на приготовленный им сюрприз – вырезанный из гофрированной бумаги макет танка, и заперлась с папой на кухне.
Все это было максимально странно.
Во-первых, она приехала на семь минут позже, чем Костя рассчитывал. Такого никогда не было. Мама могла прийти вовремя, могла прийти раньше, но вот опозданий не было еще ни разу.
Так было всегда. С самого его рождения. Даже раньше. Схватки начались точно по расписанию, длились минута в минуту. И после родов мама всегда была пунктуальна в плане кормления, качания, пения песенок и смены пеленок.
Во-вторых, она не похвалила подарок. А макет танка был сделан идеально. И мама совершенно точно должна была примерно минут пять восторженно крутить его в руках и рассматривать все детали.
Так было всегда со всеми Костиными подарками. У них с мамой был свой подарочный ритуал. Костя делал маме подарок, рисунок, поделку из пластилина, камушек на веревочке, а мама восхищалась подарком не меньше пяти минут и всем рассказывала какой Костя молодец.
В третьих, и это было самое странное, мама с папой никогда не запирали дверь на кухню. Это вообще ни в какие рамки не вписывалось.
Костя недоуменно посмотрел на Бакстера, тот, к сожалению, в силу своей игрушечной натуры не смог объяснить ситуацию и пожал плечами. Выводы напрашивались сами собой.
Кажется, мама перестала быть пунктуальной. Кажется, мама перестала восхищаться Костиком. Кажется, у родителей появился секрет.
История с секретом нравилась Костику меньше всего. Могли бы и ему сказать. Шесть лет – это уже почти взрослый самостоятельный человек. Ну ладно, пока еще пять, но все равно нечего там секретничать и утаивать ценную информацию.
Именно в эту ночь Костя в первый раз увидел тень. Ну как тень. Что-то среднее между облаком из воздушной ваты и темнотой из кладовки. Это что-то появилось буквально из воздуха, проплыло по квартире, минуту повисело над маминой кроватью и исчезло в стене. Костя даже не успел испугаться и позвать родителей.